Книга Чужестранка, страница 361 – Диана Гэблдон

— Может, оно и к лучшему, – медленно сказал Джейми, словно говорил сам с собой.

— Что к лучшему?

— Что ты бесплодна.

Я уткнула лицо в его грудь, и он должен был почувствовать мое напряжение.

— Я давно это знаю. Вскоре после нашей свадьбы мне сказала Гейлис Дункан.

Он нежно погладил меня по спине.

— Сначала я опечалился, но затем решил, что все к лучшему. Наша с тобой жизнь слишком тяжела для ребенка. А сейчас… – Он коротко вздрогнул. – Сейчас я даже этому радуюсь, я бы не хотел, чтобы ты так страдала.

— Ну, я была бы не против, – после длительной паузы проговорила я, думая о круглой пушистой головке и малюсеньких пальчиках.

— А я против.

Он поцеловал меня в макушку.

— Я видел лицо Айена; когда Дженни кричала, оно было таким, будто рвется его собственная плоть.

Мои руки лежали на его спине и трогали твердые рубцы.

— Я могу вынести свою боль, но не смог бы вынести и твою. Для этого мне нужно гораздо больше сил, чем у меня есть.

Вскоре Дженни оправилась и на следующий день после появления дочери на свет потребовала, чтобы ей позволили спуститься. Под одновременными настояниями Айена и Джейми она вынужденно обещала ничего не делать, а лишь лежать в гостиной, следить за всеми и отдавать указания; так она и поступила, устроив рядом с широким диваном колыбельку Маргарет.

Впрочем, ей было настолько тяжело бездельничать, что уже через пару дней она заглянула на кухню, а следом появилась и в саду. Дженни сидела на изгороди и, привязав хорошо закутанного младенца длинным шарфом, перекинутым через плечо, развлекала меня, пока я занималась двумя делами одновременно: обрезала сухие виноградные плети и приглядывала за огромным котлом для кипячения белья. Миссис Крук со служанками уже вынули из котла чистое белье, чтобы его развесить, а я ждала, чтобы вода остыла до состояния, когда ее можно вылить.

Маленький Джейми «помогал» мне, изо всех сил вырывая из земли увядшую траву и бросая ее куда попало. Когда я обнаружила, что он подобрался к котлу слишком близко, я его окликнула, а затем побежала следом, поскольку мальчишка не обратил на меня никакого внимания. К счастью, вода быстро остывала и была уже просто теплая. Отослав Джейми к матери, я схватила котел за край и сдвинула с удерживавшей его над огнем ровной подставки.

Грязная вода хлынула через край, паря в морозном воздухе. Я отскочила в сторону. Меж тем маленький Джейми опустился рядом со мной на корточки и восторженно забил ладонями по теплой грязи, забрызгав черной грязью всю мою юбку.

Дженни, ухватив за ворот, поставила сына на ноги и крепко шлепнула.

— Экий ты глупый поросенок! Глянь-ка! Теперь твою рубашку придется опять стирать! А что ты сделал с тетиным платьем, поганец!

— Да чепуха, – заметила я, увидев, что шалун вот-вот готов заплакать.

— А вот и не чепуха! – парировала Дженни, уставившись на мальчика суровым взором. – Сейчас же проси у тети прощения, а потом иди домой и попроси миссис Крук тебя умыть и почистить.

Она вновь шлепнула его, уже слабо, и тычком отправила к дому.

Мы вернулись к груде мокрого белья и заслышали с дороги конский топот.

— Похоже, Джейми возвращается, – предположила я, прислушавшись. – Как-то рано.

Но Дженни, внимательно смотревшая на дорогу, не согласилась: