Онлайн книга «Волчье логово»
|
— Он там. — О Господи, Ватье, однажды вы убьете меня! Где там?! — В сарае. Когда монахи отворили дверь указанного им братом Ватье сарая, их глазам предстала странная и жутковатая картина. Сарацин сидел в самом темном углу, поджав под себя ноги и крепко прижавшись к деревянной стене. Из-под расстегнутой, ужасно измятой сутаны выглядывала белая нижняя одежда. Волосы были растрепаны. Блуждающий, горящий взор – совершенно безумен. Дрожащими пальцами он упрямо рвал сухие травинки, устилавшие пол. — Силы небесные! Что я вижу?! – воскликнул отец Франсуа, бросаясь к Жозефу. Тот встал ему навстречу и взглянул на аббата расширенными, остановившимися глазами, в которых не было ни единой разумной мысли. — Это правда… Видения… Ад… Брат Ульфар говорил правду… Они приходят по ночам… О! Было так темно! Она была ужасна! Ах, мне так хочется уйти далеко отсюда! Подальше от страха… Произнеся эти бессвязные, пугающие слова, сарацин без чувств упал к ногам настоятеля… XXV. В часовне А между тем вы полны нежности и милосердия, вы сияете благостной кротостью, вы так пленительны, добры, сострадательны и прелестны. Виктор Гюго «Собор Парижской богоматери» Тут она запнулась… поток слез хлынул у нее из очей, и в нем захлебнулись ее слова: – Это ты, ты, Медард, это тебя я так неизреченно люблю! Э. Т. А. Гофман «Эликсиры Сатаны» Долга была ночь, ночь была холодна, Так холодны были ступени, - И призрак туманный смотрел из окна, При блеске Луны в полутени. Генрих Гейне В старой, маленькой часовне замка де Сюрмон царил вечерний полумрак и освежающая прохлада. На витражах, утопавших в надвигающихся сумерках, догорали последние алые искры заката. С высоких, стрельчатых окон смотрели на зрителей доблестный святой Георгий, увлеченный жаркой битвой со Змием, участники торжественной коронации Карла Великого или кроткие, ликующие ангелы, встречающие на небесах чудесным образом вознесенную туда Марию… Было темно и тихо. В прохладном воздухе звонко отдавался каждый шорох. У алтаря плясали огоньки нескольких оплывших, догорающих свечей. Бланш в задумчивости склонилась над умирающими язычками пламени. Ее стройная фигура, облаченная в строгое темно-синее платье, сливалась с окружающим туманным полумраком. И только бледное лицо и светлые волосы белым пятном выделялись в сгустившейся тьме. Она была в часовне совершенно одна. Но она не молилась. Она думала о Юсуфе, которого, после их удивительной ночной прогулки, она уже три дня не видела в замке. Это были сбивчивые и тревожные мысли. Что с ним произошло? Где он теперь? Бланш думала о нем каждую минуту. Но он… Приходила ли ему хотя бы однажды мимолетная мысль о ней?.. Вдруг позади нее раздались медленные, тяжелые шаги, гулко отдававшиеся под темными сводами пустой часовни. Бланш стремительно обернулась и невольно отпрянула назад. Это был Юсуф! Мрачный гений ее безумных грез внезапно вырос перед ней из кромешного мрака, подобно зловещему призраку. О, он и в самом деле походил на кошмарное видение! Угасающее, красноватое пламя свечей осветило его бескровное, желтоватое лицо, сверкающие лихорадочным огнем расширенные зрачки и пересохшие, потрескавшиеся губы. Он был небрит. Одежда была в беспорядке. Пальцы его дрожали. Плечи безвольно согнулись. Все движения сарацина выдавали смертельную усталость и опустошенность. |