Книга Другое прошлое, страница 84 – Александра Оксюзова

Вскоре я настолько привыкла к этому единению, что без его запаха вокруг мне становилось холодно и страшно. Мы могли даже не разговаривать. Просто лежали, гладили друг друга, наслаждались каждым данным нам моментом. Но меня не прекращало преследовать ощущение нереальности происходящего. Как будто кто-то чужой и злой постоянно шептал мне в уши: «Это всё неправда. Это сон». Я гнала этот ужасный шёпот, я не верила ему. Но он давил меня дрожью, вспышками внезапной, не телесной боли.

Да уж, совсем с ума схожу. Копаться в себе меньше надо. У тебя прекрасный муж. Любовь, которой могут позавидовать боги, и будущее, которое раньше только снилось. Стряхнула с себя весь этот бред. Лучше настроиться на окончании истории Бёртона. Всё равно, многое оставалось непонятным и недосказанным.

Эдвард молчал. Но изредка я ловила его внимательный взгляд. Почему то мне кажется, что он понимает всё, что со мной происходит.

— Эбби, всё в порядке? Ты такая задумчивая.

— Всё хорошо, – уже искренне улыбаюсь мужу, – Но меня буквально разрывает любопытство, что же было дальше? Как твой отец познакомился с Элизой. Они говорили тебе об этом когда-нибудь?

Эдвард пожал плечами.

— Честно говоря, не помню. Вроде как отец упоминал вскользь, что привёз маму от дальних родственников из Франции. Хотя мама не знала французский. Тогда меня это не волновало, теперь многое объясняет

— Заждались уже? – в комнату чинно вплыл Бёртон. У нас с Эдвардом даже рты открылись от очередного преображения учёного. Исчезла полуседая борода. Волосы, которые ещё вчера он категорически не хотел обрезать, были неровно, но коротко пострижены. Перед нами стоял довольно симпатичный человек среднего возраста, но никак не старик.

— Ричард, отлично выглядишь. Я рад, что ты, наконец, отказался от своего образа отшельника.

Бёртон довольно заулыбался и мягко присел в своё любимое кресло. Комплимент подействовал на него благотворно, мужчина приосанился и вскинул подбородок.

— Это я вас должен благодарить, мои друзья. Вы буквально вернули меня к жизни. Все последние семь лет я чувствовал себя никчёмным, неудачником, я упивался и потчевал себя этим моментом разрушения. И только с вашим приездом понял, насколько убогими были мои мысли! Благодаря вам я вспомнил, что гениален! Что я учёный, что именно я узнал то, о чем не знают даже люди будущего! Ведь я прав, Эбби?

Мы с Эдвардом улыбались на протяжение обрывистой речи учёного. Весь его пафос не казался утомительным или отвращающим, наоборот, говорил он искренне и честно, а это подкупало.

— Вы правы, Ричард, в моём столетии перемещения во времени так и остались темой научной фантастики. Про них пишут книги и снимают.. ну истории живые создают.

Углубляться в историю происхождения кинематографа сейчас как-то не хотелось.

— Вот! – торжественно поднял Бёртон палец вверх, – Меня можно назвать величайшим человеком в истории, а в таком образе борода и пакли вместо волос уже неуместны.

Эдвард и я вздохнули в унисон. Кажется, мы пробудили в Ричарде демона гениальности. Нужно было срочно направить его мысли в другую сторону.

— Ричард, мы все извелись вчера, расскажи нам о герцогине? Что было после её перемещения? И как получилось, что она исчезла через много лет.

Я с опаской покосилась на Эдварда. По лицу трудно было понять ход его мыслей, но напряжение чувствовалось даже на расстоянии.