Книга Маневр пустого города, страница 128 – Юнь Хуянь

Она разозлилась: «Неизвестно, жив ли Дашань, а я тут до полусмерти испугалась сама себя. Неужели мне нужно дождаться, чтобы с ним и правда случилось несчастье и я стала вдовой, чтобы уже не бояться ни земли, ни неба!». Гулко топая по ступеням, Чэнь Шаолин сбежала вниз по лестнице и оказалась в холле бассейна.

Слева была мужская раздевалка, справа – женская. Через любую из них можно было пройти к бассейну, но, по-видимому, зимой среди занимающихся плаванием было очень мало девочек, и на двери в женскую раздевалку висел замок. Только из щели под левой дверью пробивался тусклый желтоватый свет.

Толкнув дверь, Чэнь Шаолин вошла внутрь. Вдоль стены тянулся ряд облупленных шкафов, по центру стояла длинная скамья. Электрические лампы на потолке мерцали, как на последнем издыхании. От влажного пола поднимался запах немытых ног. Дальше начинался узкий коридор, слева от которого была душевая, а справа штора, отведя которую Чэнь Шаолин оказалась в прямоугольном помещении для отдыха. Внутри него было темно – хоть глаз выколи. Она посветила фонариком и заметила в противоположной стене железную двустворчатую дверь. Должно быть, это выход к бассейну. Сейчас дверь была плотно закрыта, и за ней не горел свет…

Чэнь Шаолин подошла к двери и подергала за ручку – та не открылась. Тогда она несколько раз ударила в нее кулаком, громко крича: «Чжан Дашань! Чжан Дашань! Ты там?»

Никто не отозвался.

Только сейчас она заметила, что ручки на обеих створках двери кто-то связал толстой проволокой, обернув ее вокруг несколько раз и еще скрутив между собой концы. Тут уж, как ни дергай, дверь не откроется. Чэнь Шаолин попыталась разогнуть проволоку руками, но в одной руке она держала телефон, служивший ей фонариком, а силы в другой руке ей не хватало. К тому же проволока действительно оказалась очень жесткой. Она провозилась довольно долго, но так и не смогла ее раскрутить; наоборот, чем больше она старалась, тем крепче затягивался узел. Она даже не заметила, как до крови поранила указательный палец на правой руке.

Чэнь Шаолин уже готова была расплакаться, запыхалась и тяжело дышала. Внезапно она почувствовала, что из дверной щели идет едкий запах, и нехорошее предчувствие, сжимавшее сердце, тут же усилилось.

Сейчас решается вопрос жизни и смерти, а спешка и безрассудство могут все только испортить! Чэнь Шаолин на мгновение остановилась, чтоб взять себя в руки, потом посветила фонариком по сторонам и обнаружила на стене слева от двери ряд электрических выключателей. Включен был только самый правый из них. Она, не медля, нажала все остальные – щелк-щелк-щелк-щелк, – одна за другой загорелись все лампы в комнате отдыха и в бассейне за дверью. Когда в помещении стало светло, она увидела, что проволока на двери завязана не таким уж и сложным узлом – просто Чэнь Шаолин в спешке не разобралась толком, как это было сделано. Двумя руками довольно быстро раскрутила узел, виток за витком сняла проволоку с ручек и затем рванула дверь на себя.

Та открылась с громким треском.

Сначала две руки, потом голова, и следом за ней верхняя часть туловища рухнули на нее из-за двери – так, что Чэнь Шаолин едва удержалась на ногах. От испуга она взвизгнула, но, опустив взгляд, поняла, что это всего лишь молодой парень, одетый в костюм тренера по плаванию. Позади него было несколько сгрудившихся вместе детей. Глаза у них были закрыты, в нос ударил удушливый запах хлора, – похоже, в критический момент они бросились к двери и хотели, навалившись, вместе открыть ее, но проволока, намотанная на ручки, лишила их надежды на спасение. Все упали на пол, когда надышались хлором, но так и не смогли выбраться наружу.