Книга Стать хищной птицей, страница 67 – Кира Брайан

— Может, у тебя еще есть шанс стать своим. – Она улыбнулась и щелкнула пальцем Щегла по носу. – Я подумаю.

Новые кассеты уже отправились в коробку к старым кассетам, а Чиж и Сизый вернулись к праздничному ужину. Сокол посмотрел на Щегла и, улыбнувшись, кивнул ему, одобряя его поступок. Откусив от утиной ножки сочный кусок, Щегол снова прикрыл глаза от наслаждения. Есть поговорка: «Как Новый год встретишь, так его и проведешь». Перспектива провести весь год с Птицами теперь не казалось такой пугающей, если не думать о том, что с ними придется провести всю жизнь.

Голова раскалывалась от тупой боли. Казалось, страдал не только затылок, но каждая клеточка тела. Хотелось верить, что сейчас, когда откроешь глаза, то увидишь потолок спальни, а после будет завтрак и обычный спокойный день на огороде. Но как только Скворец пришел в себя, мысли встали на свои места, и мечты о прекрасном прошлом разбились о суровую реальность, где его руки немели, перетянутые жестким канатом. Желудок скрутило от беспомощности и боли, что простиралась на все тело. Скворец открыл глаза, и его окатило новой волной отчаяния. Он сидел на стуле, руки и ноги были привязаны, а вокруг ходили люди.

Двое мужчин перерыли дом Филина и разворошили каждый шкафчик на кухне и в гостиной. Некогда уютное место, которое Скворец считал домом, неизвестные превратили в свалку из вещей, разбросанных по полу. К горлу подступил неконтролируемый приступ кашля, после которого по подбородку стекла густая кровь, что смешалась со слюной. Скворец вспоминал, что получил прикладом по подбородку, затем по ребрам, и последней каплей стал неслучайный удар затылком об угол тумбы. Тело ныло так, словно только что прошло через мясорубку, что, в общем-то, не особо отличалось от реальности. Больнее всего становилось от осознания, что это еще не конец, раз люди еще в доме.

— Проснулся? – Чья-то грубая рука вцепилась в волосы Скворца, задирая его голову вверх. – Ну, поболтаем, что ли. А то вырубился ты что-то быстро. Не успели познакомиться. – Мужчина отпустил волосы и сел на корточки перед Скворцом.

Его лица не было видно под балаклавой, но карие, почти черные глаза не сулили ничего доброго. В них Скворец не мог увидеть ничего. Ни жалости, ни злости. Буквально пустота, которая так и норовила засосать Скворца. Руки его тоже были скрыты под перчатками. И самые страшные предположения Скворца могли сбыться: глупо не надевать перчаток, когда едешь убивать или пытать.

— Рассказывай. Где деньги?

— Понятия не имею, о чем вы. – Голос Скворца звучал взрослее и безразличнее, чем обычно.

— Правда? Ну ладно, тогда ступай. – Мужчина поднялся на ноги, а после, ухватившись за затылок Скворца, снова ударил его по лицу. – Ни хуя подобного. Размечтался.

Сломали ли ему нос или же опять попали по челюсти, Скворец не мог понять, потому что лицо болело от самого лба до подбородка. Словно кожу с него содрали острым лезвием, а сейчас все это прижигают утюгом. Но кожа все еще была на месте, а утюг, видимо, ждал впереди. Скворец со всей силы желал отстраниться от этой боли и превратиться просто в бездушное тело. Это тело не будет болеть, переживать о спасенных Дрозде и Соловушке. Это будет просто тело, которому не страшны удары и предстоящие ранения.