Книга Птичий глаз, страница 123 – Кира Брайан

— Пристрели меня, если хочешь, но не вини в том, в чем я не виновен, — он закрыл глаза. — Вина былых времен до сих пор ступает за мной попятам и мне никогда не забыть этого. Трость и нога этому вечное напоминание. Ты сделаешь мне одолжение, если убьешь, потому что я устал просыпаться с мыслями о собственной никчемности.

— Я тебе не ангел-хранитель, чтобы исполнять любую просьбу, — Сокол оскалился. — Ты просил о помиловании, я сделал. А сейчас просишь о смерти?

— Я понятия не имел, как будет невыносимо, — Бульба устало приоткрыл глаза. — Ступив однажды в это болото, оно затягивает все сильнее. Одна ошибка и ее последствия накрывают с головой каждый день. Я уже свыкся с мыслью, что я бессилен, перед всем тем грузом, что тянется за мной, но осознавать свое бессилие перед другими событиями, которые происходят спустя время — это невыносимо.

Сокол поджал губы и убрал пистолет. Он выпрямился и сделал шаг назад, признавая поражение. Бульба не без помощи трости поднялся на ноги и отряхнул мятую вельветовую рубашку. Он окинул взглядом Щегла и Сизого, что выступали, по всей видимости, своего рода группой поддержки для Сокола при разбирательствах с людьми из прошлой жизни. Хромая, он дошел до стены и оперся на нее свободной рукой.

— Я не убью тебя лишь из-за того, что ты мне все еще должен, — Сокол вскинул подбородок. — Помни, что ты живешь, благодаря мне и если ты не разберешься со своими людьми, а мои люди будут в опасности, я уничтожу тебя.

Бульба и правда выглядел жалко. Словно это не он на пике своей молодости претендовал на заместителя Гурова и его главного помощника. Словно это не он, пытаясь впечатлить его, застрелил невинного человека на заброшенной фабрике. Сейчас его было не отличить от сотни нечастных людей из неблагополучного района, у кого до конца жизни останется мечта выбраться со дна, когда ты сам уже стал частью такого дна. И пусть перед Соколом сейчас стоит убийца его спасителя, но он не мог спустить курок. Он знал, Бульба не убийца и не злодей. Он жертва обстоятельств, которой останется навсегда. Когда он ехал сюда, он ожидал встретить настоящего злодея, который появился сам собой. Злодея без принципов и жалкой истории, в которой Сокол играет последнюю роль. Но в итоге он встретил все того же жалкого Бульбу, вечную жертву, несчастного человека, история которого писалась на глазах Сокола.

— Я устал от тебя.

— Я сам устал, правда.

Ласточка все время твердила ему, что он не имеет права устраивать самосуд, даже когда человек объективно виновен. А он вечно сопротивлялся ей, называя ее слабой и бесхребетной. Но почему сейчас, даже в ее отсутствие, он не может расправиться с тем, из-за кого у Птиц неоднократно были проблемы. Бульба был слабым звеном для Сокола и объектом слепой ненависти у Ласточки. Именно поэтому она его ни разу не видела со смерти Дрозда. Глухарь бы возгордился Соколом, сказал бы, что тот наконец-то встал на путь истинный и исповедал все свои грехи. Но что если это не путь истинный, а обыкновенная слабость, которой не должно быть места, когда престанет настоящая опасность. Ярость на убийц изжила себя, а на ее место пришла аутоагрессия и нескончаемая вина за растраченное время.

* * *

По святой традиции, заложенной еще давно у Птиц, полагалось после побед и тяжелых дней отдыхать так, чтобы потом пришлось долгие дни нарабатывать упущенное время. В обычные дни это сопровождалось пивом и хорошей музыкой. Но победа над злодеем, который не являлся таковым, должна была отмечаться красиво и душевно. Поэтому Сокол отвез всех Птиц на речку, чтобы те могли насладиться прохладой и пожарить шашлыки, позабыв о проблемах Гнезда. В первую очередь это было необходимо самому Соколу для того, чтобы напомнить себе, что он живой человек, а не бесчувственная машина. О чувствах напоминало визуальное восприятие семьи, которую он собрал собственноручно. Эта семья держится обособленным клином против всей грязи, которая происходит в городе. Птицы были главной гордостью для Сокола и единственной ценностью, о важности которой принято молчать. Сокола тешила мысль, что эти люди рядом с ним и есть то, чего ему не хватало все это время. Они — кусочки мозаики, которые дополняют его сердце и душу. Идея приехать на речку пришла в голову благодаря Сизому, который проговорил об этом весь последний месяц из-за аномальной жары. Сокола и самого посещала эта мысль, но когда она сопровождалась тем, что за ними все еще по пятам кто-то ходит, это не было так уж красочно и беззаботно. Теперь же, когда все закончилось, то он мог позволить себе тишину и спокойствие в компании Птиц.