Онлайн книга «Месть ниоткуда»
|
— Да, хочу. Если ты согласишься, мне будет проще. Рудика я уломаю. — Его будет труднее уломать. Нет, нет, погоди, я еще не согласился. Главное было ясно — Коноплёв поплыл. Вот и его накрыло. Как уравновешенный, критически мыслящий соратник или хотя бы собеседник, он для меня потерян. Но вот Майка. Она явная и безусловная обуза, но чтобы так вот взять и отстегнуть от своей жизни… Может быть, у меня никогда не будет детей. Скорей всего. А тут хотя бы тридцать три процента отцовства. Такая неопределенность — скорее благо. — Даже если я откажусь, ну то есть соглашусь с тобой, все равно ведь останется неясным, чей она ребенок. — Скорей всего, не твой. Поверь. То есть почему?! — Почему?! Почему ты так уверенно говоришь, Коноплёв? — Нет, не надо, не злись, я не хочу оскорбить тебя как мужика. Не твой, потому что тебя меньше всего к ней тянет в отцовском смысле. Согласись. Надо было соглашаться, это была правда. Но… — Но — экспертиза?! Ты удочеришь, а потом… — Подошли к сути. Ты откажешься письменно, по-настоящему, чтобы потом не было никаких поползновений. Раз и навсегда. И тут я понял, что мне все же не хочется этого делать. Тем более — раз и навсегда. Какая-то волна начала подниматься изнутри. В ответ на этот прилив каких-то чувств я мысленно заорал на себя. Ты что?! Должен же хоть кто-нибудь оставаться трезвым! Пусть Коноплёв сходит с ума, пусть они пилят на двоих с Гукасяном девочку Майю, но ты-то должен сохранить ясность в башке, ты-то ведь понимаешь, что происходит! — Ты, надеюсь, уже принес все бумаги, и я могу их подписать? — спросил я, зная наверняка, что ничего у него нет. По лицу Коноплёва пробежала гримаса. — Нет, насчет бумаг я пока не подсуетился. Но — завтра, послезавтра они будут. Я удовлетворенно кивнул. Почему-то мне такой расклад нравился больше, чем окончательное решение. Какой-то люфт, временной лаг… Кто его знает, что произойдет до послезавтра. — До послезавтра, — сказал я бодро Коноплёву. И сразу же пошел вверх по бульвару в сторону Чистых прудов. Он крикнул мне вслед: — Ты дал слово. Женя, ты дал слово! * * * Почему я выбрал этот храм? Не знаю. Главное — подальше от дома. Значит, был заранее уверен, что произведу не самое лучшее впечатление. Хорошо, что в Москве теперь много работающих церквей. Вошел в ограду оглядываясь. Очень следя за тем, как себя веду. Как будто пришел в гости. Наверно, это неправильно. Должен был испытывать какие-то другие чувства, но не знаю какие. Остановился перед входом, перекрестился, радуясь тому, что делаю это без чувства легкой неловкости, как иногда бывало прежде. Войдя внутрь, устроился немного сбоку, в стороне от нормальных прихожан. Не потому, что отделял себя от них, а скорее чтобы не мешать своим любительским присутствием профессионалам веры. Все уже, как я понял, заканчивалось. В глубине перед приоткрытой дверью стоял священник, держа наклонно большой крест. К нему медленно продвигалась несуетливая очередь. Люди кланялись, целовали крест и руку священнику. Не все, кто был в церкви, стояли в очереди. По каким причинам, не знаю. Я решил, что, скорей всего, отношусь к тем, кому в очереди не место. Я скорее зевака, чем прихожанин. Подошла справа здешняя старушка, вся в черном, в своей служебной заботе. Она стала ловкими руками прорежать горящий лесок свечек на подставке перед большой иконой. Не дотронулась до меня даже краешком одеяния, не произнесла в мой адрес ни звука, но меня прямо-таки отдавило в сторону, и я не обиделся, признавая, что стоял тут не по надобности, а просто для того, чтобы где-то стоять. |