Книга Тайная страсть. Мое искушение, страница 35 – Ася Мори

могу ошибаться. Возможно, его на самом деле вызвали на операцию.

Но в этой истории снова всплывает Сабина. Именно она прислала ему сообщение. Да уж…

интересно получается… срочный вызов на операцию через смс? Несерьезно как-то…

Я горько усмехаюсь, машинально растирая кончиками пальцев область груди, где тяжелым

комом ноет обида.

— Кристина, вот ты где! А мы тебя уже потеряли! — застает меня врасплох Александр.

— Я тут! С Андреем долго разговаривала…

— Как у него там дела в Мюнхене?

— Говорит, осложнения после пересадки у какого-то… Боженова… пффф… — путаюсь в

заковыристой фамилии пациента.

— Боженова-Корельски?

— Да-да, у него… но подробностей не знаю. Ты же понимаешь, мы его работу мало

обсуждаем.

— Хммм… — Саша задумывается, прячет руки в карманы, уводя взгляд чуть вбок. –

Боженов-Корельски, говоришь?

— Угу… он самый.

— Ты уверена?

— Абсолютно.

— Это странно… Надо у Андрея будет уточнить, потому что Константин Викторович именно

сейчас находится на обследовании в нашей клинике в Санкт-Петербурге… — проговаривает

Саша и только через секунду осознает, что, возможно, ляпнул лишнее.

Утром я просыпаюсь в каком-то странном состоянии, утопая не только в роскошных

шелковых простынях, но и в грузных мыслях, атакующих меня с ночи.

Издаю хрупкий смешок. Выползать из мягкой постели нет желания, но надо. Заставляю

себя откинуть одеяло и усилием воли сесть на кровать. Иначе я так и просижу весь

отпуск в комнате, не оценив изыски тяжелого люкса Марбельи. Сонно разглядываю

интерьер спальни, превратившейся в мой дом на ближайшие несколько дней. Светлые

стены, белый ворсистый ковер, панорамное окно, сливающееся с открытым балконом. Все

стерильно, уютно, как в самых лучших и элитных гостиницах побережья. В аэропорту я

успела пробежаться по списку свободных отелей, захотелось оценить имеющиеся

варианты. Мое дыхание сперло, когда ценники с тремя нулями высокомерно смотрели на

меня с экрана.

Я потягиваюсь, выгибаюсь в спине и, кажется, слышу предательский хруст в суставах.

Да… мне тридцать семь, и я уже не девочка.

Итак, что мы имеем на текущий момент.

Муж-изменщик — одна штука.

Жена-изменщица — одна штука.

Безвыходная ситуация — тоже одна штука. Как минимум.

Вчера Саша, сам того не желая, беспощадно усугубил ситуацию. Наш разговор вышел

сумбурным, оборванным на середине, но я безмерно ему благодарна за то, что он так

опрометчиво проговорился на имени пациента. Я даже не представляю, как эта нелепая

ошибка скажется на делах клиники, но на нашем разводе с Андреем отразится

определенно. В самое ближайшее время.

Если бы Саша вчера рискнул выяснять с ним отношения сразу после нашего диалога, муж

уже вовсю бы обрывал мой телефон. Но аппарат упорно молчит, лишь пискнул поздней

ночью одним сообщением от Андрея: «Я тебя люблю. Спокойной ночи».

Да, я умышленно свела разговор в нейтральное русло, сказала, что, скорее всего,

ошиблась сама: не так поняла или плохо расслышала. Но сомневаюсь, что Саша так

наивен и поверил в мои слова. Вера, случайно услышав последние фразы, тут же

подбежала с бокалом вина, наполненным до краев, вложила его в мою ладонь и, бодро

заявив: «Мы приехали сюда отдыхать, а не грустить», буквально вытолкала меня на

террасу.

Ян с Алекс после ужина куда-то испарились. Вчера за столом мне в какой-то момент