Книга Дай мне жить. Сбежать от тирана, страница 17 – Анна Гром

— Тебе не справится, – он усмехнулся. Как же подбешивает эта его снисходительность в голосе. – Я нанимаю несколько бригад.

— То есть у вас тут производство яблок.

— Ну, можно и так сказать.

— И куры, – он кивнул. – И ещё приусадебное хозяйство. Зелень, овощи. Для себя. За этим тоже нужен уход. Полив, прополка. Но там немного.

Он показал мне теплицу и грядки на открытой земле. Это немного, по его мнению?! Я оглядела внушительный прямоугольник с разномастными культурами: узнала только кудрявую петрушку, огурцы и помидоры, пока еще зеленые. Что мне со всем этим делать, ума не приложу.

— Ещё часть земли сдана в аренду под виноградники.

С другой стороны дома мне открылся ещё один впечатляющий вид. Кустики винограда стояли педантичными рядами и каждый был привязан к колышку. Просто рай для перфекциониста. Они также, как и яблоневые деревья, простирались далеко-далеко, вплоть до самого горизонта, упирались в посадку и горы.

— Сколько же у вас земли?

— Много.

Лаконично ответил Павел, а я в уме прикидывала масштабы этого бизнеса. Вот тебе и деревня. Мы, горожане до мозга костей, даже не представляли, какие здесь прокручиваются миллионы. Это тебе не биткоинами торговать или тренинги втюхивать. Здесь была настоящая жизнь, где результаты своего труда можно было потрогать руками.

Поражённая до глубины души я последовала за Павлом к дому, чтобы сразу же получить в руки корзину с ячейками.

— Можешь идти в курятник.

Что ж, времени на раскачку мне не дали. Пора идти работать.

Да уж, запах непередаваемый.

У меня едва ли не слёзы из глаз потекли. Респиратор не спасал вообще. Перчатками я решила не пренебрегать, особенно увидев тёплую, пушистую, живую массу, сидящую на импровизированных гнёздах. Они прятали яйца под своими телами, вертели головой так резко и что-то там кудахтали на своём курином языке, что предсказать, куда двинется клюв, не было никакой возможности.

— Рит, ты что, с курицей не можешь справиться? Ну, что ты в самом деле? – уговаривала я сама себя. Я от психопата смогла сбежать, неужели какая-то птица меня победит?

Павел предупредил беречь глаза. Я прикрыла веки и забрала яйцо. Курица долбанула меня между пальцев. Я взвизгнула, выпустила яйцо из рук. Оно разбилось, растеклось по соломе скользкой массой. Курица начала клевать скорлупу. Какая странная птица, ест собственного неродившегося ребёнка.

Я воровато оглянулась, надеясь, что Павел не придёт на мой возглас, и фиаско останется незамеченным. Павел не пришёл. Повезло. Я взяла себя в руки и заполнила корзину, собрала всё, до чего могла дотянуться.

Яйца я сложила в пластиковые контейнеры, которые Павел мне подготовил, и пошла на второй заход. Потом на третий. Пока не вытащила все до единого.

Можно себя похвалить. Или нет?

— Яйца складываем острым концом вниз, так они дольше не портятся. Ты не знала?

Павел появился неожиданно, когда я, делая одно и тоже простое действие, впала в какое-то полутрансовое состояние. Похвалить себя не получится.

Нет, я не знала про острые и тупые концы, я просто приносила десяток из магазина и хранила в картонной коробке, даже не раскладывала, у меня не было на это времени. И понятия не имела, каким концом они там лежат.

Я почувствовала, что смертельно устала, даже не столько физически, сколько эмоционально. Накатила жуткая слабость, захотелось спать. Ещё этот напитанный озоном воздух на контрасте с вонью курятника… Голова кружилась, будто я на гору взобралась, где давление шкалит.