Книга Измена. 40 лет – ума нет, страница 55 – Анна Гром

То, что мы оказались в постели, было естественным продолжением вечера. Ни раньше, ни позже, это должно было случится именно сегодня и сейчас. Без неловкости, без притворств, с заботой и нежностью, а в какие-то моменты со страстью и неудержимостью. Мой бывший Меньщиков даже рядом не валялся, несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте в его пользу. Меньщиков о своём здоровье и не заботился толком, только в внешнем виде, поэтому потенция у него порой проседала. Конечно, в этом винил он меня – не то сделала, не так потрогала, настроение моё на него влияло, устал и так далее. Да вот только я тут была не при чём. Нечего на зеркало пенять, коли рожа крива. Интересно, как долго Юта будет делать всё «правильно», чтобы его драгоценнейший отросток всегда был бодр и задорен. Любая страсть рано или поздно превращается в рутину, и только от двоих зависит, как долго огонь любви будет согревать пару. Это я уже уловила, на одном своём горбу всё не вывезешь, если на той стороне глухо.

Обменивались ничего не значащими фразами и шутками, которые, тем не менее, были наполнены каким-то особенным, только нам двоим понятным смыслом. И вообще, наш словесный фонтан не прекращался, нам с Сергеем всегда было, о чём поговорить, даже если это были самые обыденные глупости. Его рука нежно поглаживала мою спину, а дыхание щекотало макушку, создавая ощущение полного, абсолютного покоя.

— Ну что ж, раз ты не устояла в первый раз… – Сергей придавил меня своим весом к матрасу, его тело было горячим и упругим, а голос звучал низко и хрипло, явно намекая на второй раунд. Вот это прыть молодецкая! Я почувствовала, как по телу пробегает волна приятного томления, но решила немного потянуть интригу.

— Как тут устоять? Особенно после того, как ты решил, что лучший способ завершить тяжелый день – это заявиться ко мне в хамам в одном полотенце, – я хихикнула, вспоминая его до чертиков довольное лицо.

Он посмотрел на меня с притворной обидой, его брови слегка нахмурились, но в глубине взгляда плясали озорные искорки, выдавая его с головой. Он был похож на большого, довольного кота, который только что стащил сметану.

— Ах вот как? Значит, моё появление в таком виде тебя не впечатлило? – он приподнялся на локте, чтобы лучше видеть моё лицо, и его глаза блеснули.

— А я-то думал, что произвёл фурор. Я даже специально выбирал полотенце, чтобы оно выгодно подчёркивало… ну, ты понимаешь. – Он сделал многозначительную паузу, и я почувствовала, как щеки начинают гореть.

— Фурор ты произвёл, это да. Но не совсем тот, на который рассчитывал, – я рассмеялась, и мой смех звенел в тишине комнаты. – Скорее, фурор в стиле «О, Боже, у него что, трусы с плавками закончились? Или он забыл, что я тут?».

Я представила, как он, наверное, стоял перед зеркалом, выбирая самое «выгодное» полотенце, и от этой мысли мне стало ещё смешнее. Серёжа рассмеялся, и его смех был низким, приятным, заполняющим пространство, словно тёплая волна, обволакивающая меня с ног до головы. Он притянул меня ближе, и я уткнулась носом в его плечо, вдыхая свежий запах его кожи.

— Ну, если бы я забыл одежду, ты бы точно не осталась равнодушной, – прошептал он, подмигнув, и я почувствовала, как жар снова приливает к телу, разливаясь по венам. Его слова были такими дерзкими, но в то же время такими искренними, что я не могла не улыбнуться.