Книга Мила и Медведь, страница 9 – Анна Гром

— Я не верю, что у вас нет личного помощника.

— Отчего же, есть, но она ждёт ребёнка.

— Поздравляю, – прозвучало, как «соболезную», так уж вышло. Конечно же, он женат. Такие мужчины одинокими не бывают в принципе. А я губу раскатала. Придётся долго и мучительно закатывать обратно.

— Если возле меня находятся беременные женщины, то это совершенно не значит, что в их положении виновен я.

Не удивлюсь, если в его присутствии женщины начинают овулировать трижды в месяц – тестостерон просто веет в воздухе, однако это известие приносит мне облегчение. Медведев отдаёт мне кипу документов, которые я должна зарегистрировать и разнести по соответствующим отделам. Мы въезжаем на территорию отеля, он глядит на часы, а я и так знаю, что уже близится к полуночи. Затяжной у меня рабочий день.

— Я завтра отсыпаюсь, вам советую сделать то же самое. Напоминаю, вы приходите к одиннадцати. Водитель отвезёт вас домой.

Надо же, как мило. Может, не такой уж он и зверюга, как я хочу думать. Смотрю, как его двухметровая фигура (боги, какая задница!) скрывается в фойе отеля и чувствую, что скоро мой фиолетовый Крис Эванс сменит имя.

Аня Миронова, как тень отца Гамлета, преследует меня с самого утра. Точнее, с одиннадцати – по приказу Великого и Ужасного (так Руслана Медведева называют в его «Корпорации «Инвестиционные технологии», как по великому секрету рассказала мне Анна) я заработала отгульные часы. Обухова по этому поводу страшно негодовала, как по секрету (ещё одному) шепнула мне Миронова. Вообще, эта Анна, оказывается, весьма адекватная особа и в целом очень приятная девушка – мы даже пообедали вместе в моей любимой «Куриной тушке».

Она работает в команде Медведева уже почти восемь лет финансовым аудитором – Анна попала в «Корпорацию «Инвестиционные технологии» сразу же после университета по программе поддержки молодых специалистов, которую, как оказалось, организовал и финансировал сам Зверюга для пополнения собственных же кадров. У Ани был самый высокий балл в том году. Она была среди этих процентных ставок, сводок и балансов, как рыба в воде, я ей даже восхитилась – сама я порой не могла уловить, куда деваются деньги с моей банковской карты.

— Вообще, это не моя работа, это для эйчаров, но мы недавно перешли с ними на аутсорс, и Обухова решила сэкономить. И вообще, она не очень-то меня любит, думает, я хочу её подсидеть.

Анна – подсидеть, я – залезть в штаны в Медведеву, она вообще нормальная, эта Обухова?

— До чего противная тётка! – не сдержалась я. На меня косо посмотрели с соседнего столика.

— Тебе повезло, – Анна обрисовала ложкой в воздухе какой-то вензель, символ юаня, вероятно, – аудит закончится через три недели, а мне ещё с ней работать.

А работать ли мне вообще, вот вопрос! Мимо кафе проплывает длинный чёрный «Мерседес» – Зверюга подкатил, надо сворачиваться. Я зависаю, глядя как Руслан Медведев выходит из автомобиля, на секунду задержавшись у распахнутой дверцы, чтобы застегнуть пуговицу пиджака цвета глубокой океанской синевы. С моей зависшей в воздухе ложечки капает кофейная пенка прямо на стол, Аня у меня что-то спрашивает, официант суетится где-то сбоку, наверное, пытаясь сподвигнуть меня на оплату счёта, а у меня в голове играет «Самый лучший день» Лепса, и мир вокруг движется, словно в замедленной съёмке…