Книга Продана криминальному боссу, страница 29 – Анна Гром

— Ирина Константиновна, вы звонили в мою квартиру?

— Да, Александр Искандерович. Она сказала, что ей ничего не нужно. Я отправила ей несколько видов обеда из «Эль Порчелино», и два комплекта повседневной одежды из «Патриция Пепе». Надеюсь, угадала с размером. Я взяла эмку, – почти по-армейски отчиталась она. Ни смешка, ни намёка, ни понимающей улыбочки, несмотря на щекотливость ситуации. Стоит прибавить ей жалование.

— В следующий раз закажите эску.

Для эмки Эмилия слишком хрупкая, пожалуй, что только грудь будет слишком выпирать… Грудь у неё явно в эску не влезет.

Александр коснулся ворота рубашки, который вдруг сдавил ему горло. Стоило только представить, как струящийся шёлк платья цвета шампанского обнимает её крепкую, пусть и слегка подправленную хирургом грудь, тонкую талию и живот с впадинкой, идущей от ложбинки грудей до пупка. Захотелось вдруг пройти этот путь кончиком языка…

— Выберите ей пару платьев на свой вкус. Не слишком вычурно, чтобы она могла в этом и ходить, и сидеть. Посмотри у «Версаче» и у «Оскар де да Рента», там бывает что-то неплохое.

— Да, Александр Искандерович.

— И забронируй мне номер на сегодня.

Александр не хотел возвращаться в квартиру. Он не был уверен в том, что Эмилия Салимова была готова воплощать его безумные фантазии в жизнь. Несколько порций алкоголя делали своё дело. Воскресенский хотел эту девчонку. Но решил пока ограничиться подарками.

— «Риц Карлтон»?

— Только не он! – воскликнул он, и тут же одёрнул себя. Ирина Константиновна не могла знать, глупо отчитывать её за это. – Вычеркни его из списка. Подбери что-нибудь другое… Соответствующее.

Именно в этом чёртовом отеле Лена была поймала на измене. Именно в том президентском номере, который они снимали на пятую и седьмую годовщину их свадьбы. Александр больше никогда не появится там, несмотря на то что утечка информации была исключена. Стыд не дал бы ему взглянуть на своё отражение в зеркале. Задетая гордость не дала бы ему заснуть в той постели.

— Поняла. Это всё?

— Да, закончишь, можешь идти домой.

Она поблагодарила его лёгкой полуулыбкой и кивком головы.

Этот вечер Александр встречал в пафосном отеле «Четыре сезона», обложившись деловой прессой и со смартфоном в руках – ему нужно было знать, что пишут об аресте Романова.

«Белые апартаменты» давали усталым глазам отдых, а вид из окна умиротворял настолько, насколько это вообще возможно на данном отрезке его жизни. Бар в номере был полон разнообразия – Александр нашел там сносный виски, плеснул в стакан. Желание выпить – или напиться в хлам – никак не уходило.

Александр ненавидел американские горки. Впервые он сел на них в тринадцать лет и после его здорово стошнило. И сейчас, стоило чуть покопаться в воспоминаниях, Александр испытывал схожее ощущение: под грудью начинало поджиматься, лёгкие словно подбрасывало вверх и вдохнуть было невозможно. Сухой, колючий воздух бил в глаза, а потные ладони едва удерживали перила. Он тогда не чувствовал своего сердца, а сейчас оно билось бескрылой птицей в клетке, потому что жизнь его шла на крутой вираж и готовилась сорваться в свободное падение. Что-то должно было случиться, но Воскресенский никак не мог понять, что.

Без четверти десять Лёня Багиров прислал ему личное дело Эмилии Маратовны Салимовой.