Книга Продана криминальному боссу, страница 71 – Анна Гром

Прятавшиеся по домам люди скоро повылезают на пикники и прогулки, кто-то рискнёт войти в остывшую уже воду.

И всё обязательно пройдёт.

И трудности опять сделают его сильнее, и повысят его в собственных глазах, и, наверное, в глазах отца. Когда-нибудь.

Вернётся Данил. И она снова разгребут всё, что наворотили, как разгребали всегда…

Всё будет хорошо. Всё будет…

— Кто такая Эмилия Салимова? – твёрдый голос брата выдернул его в реальность. Демид стоял напротив его стола, сложив на груди руки. В его глазах была твёрдая решимость добиться ответа. И Александр не стал противиться.

— Я увёл женщину у прокурора.

— Ты вообще понимаешь, что творишь?

— Он её бил.

— Это вообще не твоё дело! А вдруг она в сговоре? А вдруг они все тебя подставляют?! Мог бы спасти кого-нибудь попроще, чёрт тебя дери!

Сначала Демид был спокоен, но с каждым словом тон его голоса повышался, становился резким. Он кричал на него, по-настоящему кричал! Демид, тот, чьей выдержке и терпению стоило поставить памятник. Средний брат смотрел на него дикими глазами, резкими взмахами рук подчёркивая каждое слово, летящее в Александра, словно метательный нож.

Первое, что пришло ему на ум – толкнуть его в грудь и залепить отрезвляющую пощёчину. Это было записан в подкорку, потому что Александр не знал, не видел, как бывает по-другому, но он до зубного скрежета не хотел поступать, как отец.

— Закрой рот, Демид, – прорычал он.

— Сам закрой! – выкрикнул брат и тут же осёкся, затих. – Прости.

Демид отвёл глаза, потёр ладонями лицо, взъерошил волосы. Он – единственный из троих сыновей был похож на мать, и отчасти поэтому с ним не хотелось бороться. Александр сдувался. Гнев и дух противоречия улетучились, когда он услышал это «прости», сказанное с досадой от того, что до этого «прости» вообще дошло.

Александр отвернулся к мини-бару, взял два стакана и пузатую бутылку скотча.

— Ты прости. Ты прав. Я сам миллион раз говорил себе это. Но дело сделано.

Демид от выпивки не отказался. Взгляд его посветлел, и Александр вдруг ясно ощутил, что они с Демид на одной стороне.

— Где она сейчас?

— У меня.

— Осипович свирепствует?

— Вряд ли. Я заплатил ему за неё.

Демид закатил глаза, устали прикрыл лицо ладонью, разом прикончил свою порцию алкоголя.

— Саш, ты с головой дружишь вообще?

Александр лишь усмехнулся в ответ. Он сам бы хотел это знать.

— Пойдём пообедаем?

Воскресенский хлопнул брата по плечу, Демид кивнул. Они вышли из кабинета мимо непривычно пустующего рабочего места Ирины Константиновны. Вместе. Молча поддерживая друг друга.

Александр вернул Эмилии документы, купил телефон и забил туда свой личный номер. Завёл на её имя кредитку, дал ей безопасную, комфортную машину с личным водителем-телохранителем и пропал для неё.

Он почти не говорил с ней, сухо и отрывисто объясняя, что занят. Возвращался поздно, когда она уже крепко спала. Эмилия буквально вставляла спички в глаза, чтобы дождаться его и поговорить – наверняка у него были какие-то проблемы на работе, ей хотелось поддержать его – но организм раз за разом передавал её. Когда она чутко просыпалась ближе к рассвету, то видела его крепко спящим и тихо радовалась, что он хотя бы приходит. Эмилия старалась не допускать мысли, что стала неинтересна ему, но это чувство – ужасное чувство подавленности и ненужности – порой накатывало, и невозможно было от него отбиться.