Книга Развод. Я заберу твою жену, страница 67 – Анна Гром

— Молчи. Ничего не говори! – я, ошарашенная, прыгнула к нему на колени и крепко прижалась к нему. Я целовала его шею, виски, чувствовала его сбившееся дыхание у меня на плече.

Пока мы плыли обратно, я сидела у него на коленях, и мы не отрывались друг от друга ни на секунду.

Я проснулась на рассвете от пения птиц. Было ещё темно, но я видела, как колышутся ветки деревьев, словно живой дух джунглей бродил за окном. К пению птиц фоновым бесконечным шелестом шёл говор сверчков или цикад. Мы не закрывали окон, только закинули в проём защиту от насекомых, поэтому комната была заполнена сладким, густым ароматом влаги и зелени. Наверное, скоро должен быть дождь.

Это было пробуждение в раю. И сегодня я просыпалась в этом раю не в одиночестве – с другого края кровати, перевернувшись на живот спал Миша. Широченная скульптурная спина и мощные плечи в рассеянной темноте казались каменными глыбами. Я так хотела дотронуться до него, но побоялась разбудить. Если он проснётся, то вчерашнее повторится. Обязательно. А я еще не отошла – с непривычки ощущался лёгкий дискомфорт там.

От воспоминаний о вчерашнем внизу живота снова разлилась сладкая истома. И небольшая тревога – вчера я еле справилась. Миша действительно оказался большим везде.

Я еле слышно прыснула, киноплёнкой прокручивая в голове произошедшее, почувствовала, что заливаюсь краской от стыда. Нет, со Львом я так не расслаблялась и так не безумствовала. Я вообще себя такой не помню – видимо, с правильным партнёром раскрываешься иначе. Нет, в процессе я совершенно ничего не стеснялась, никаких своих порывов, но сейчас от воспоминаний у меня мурашки по коже бегали.

Я попробовала аккуратно перевернуться, но аккуратно не вышло – Миша зашевелился, поднял голову.

— Ты чего не спишь? Сколько времени? – он достал откуда-то из-под кровати айфон, прищурился, когда экран ярко зажегся. – Пять утра, малыш, ты всего четыре часа проспала.

Вчера мы действительно заснули глубоко за полночь. Точнее, просто вырубились, расслабленные и измождённые.

— Иди сюда ко мне.

Миша раскрыл для меня объятия, и я нырнула в них, как будто в домике спряталась.

— Тебе не жарко? – спросил он. – А то кондиционер включим.

— Нет, мне хорошо.

— Люблю тебя.

Миша поцеловал меня в макушку, прижал к себе и тут же заснул снова. Какая удивительная способность быстро засыпать, я даже позавидовала. Еще какое-то время я лежала тихо, как мышка, всматриваясь в светлеющие джунгли и улыбалась, не веря своему счастью, потом заснула.

На следующий день нас ожидал активный отдых. Мы поехали на экскурсию в тропический парк Янода. Прокатились с ветерком на электрокаре по серпантину, потом пересели на фуникулёры. Добрались до моста со стеклянным полом на высоте четырёхсот метров. Первые пару минут мне хотелось передвигаться ползком, потому что дрожали ноги.

— Страшно?

— Зрелище не для слабонервных.

— А вот смотри. На качелях можно покататься над пропастью.

Миша показал вниз. Там, через этот самый стеклянный пол было хорошо видно раскачивающуюся китаянку. И не менее хорошо слышно.

— Ой, нет, спасибо!

Я замотала руками и отвернулась. Миша рассмеялся и повёл меня с моста на землю.

Я обратила внимание, что мы вообще очень много смеялись и шутили. Юмор сопровождал нас везде. Эта лёгкость, но не легкомыслие так сильно отличалась от моих неповоротливых, грузных семейных отношений. Подозреваю, что моя «тухлость» вообще была не моя, это Волков привнёс её в нашу с ним жизнь. Спесь, жеманство и самоуверенность. Как хорошо, что жизни удалось поправить у него на голове корону. Всё-таки справедливость есть.