Книга Императорская любовь, страница 141 – Марина Андреева

Ответа на вопрос о магии, о моей расе, у него не было. Зато он показал свой прощальный разговор с Мэрионом, из которого стало ясно, что того стоит ждать в гости. Это радовало и обнадеживало. Я вовсе не была уверена, что мы сможем долго протянуть здесь — голодные, израненные, днём под палящим солнцем, ночью в холоде. А если опять непогода разыграется?

А ещё я узнала, как он оказался в таком вот бедственном положении — в шкурке лерирея. И о том, что мертвяки больше не бродят по ночам.

Остаток дня и вечера прошли в полубреду. И я и Леонель уже совершенно не способны были двигаться. Желудок выедал сам себе, во рту пересохло. Я лежала, думая о том, как всё глупо складывается. Вот угораздило же проклятому условию договора свершиться столь скоропалительно! И Леонель, будто специально, исчерпал свой магический резерв.

Что теперь делать? Вдруг Мэрион занят и задержится? Сколько я ещё протяну? Нога вон опухла и посинела, смотреть жутко. Умру я, и Лео, даже выжив, будет обречён провести всю жизнь во второй ипостаси. Да и его лерирей неизвестно сколько ещё протянет. От нанесенных собаками ран и неполноценного питания он вконец обессилел.

Опять же, ну явится Мэрион, и что? Вопрос со сменой расы по щелчку чьих-то пальцев не решится. Но это потом, а пока… Меня-то он к лекарям, допустим, сможет переправить, а что делать с Леонелем? Максимум покормить, чтобы не загнулся от истощения и, вернувшись, обработать чем-нибудь раны. Иначе, даже смени я расу, всё равно буду не в силах помочь мужу. Вернее, не так. Это он будет не в состоянии принять мою помощь, поскольку для восполнения магического резерва потребуется деятельное участие лерирея. А пока он весьма деятельно лежит тряпочкой возле меня, даже глаза не открывает. Лишь дыхание выдает то, что он до сих пор жив.

Внутренний настрой меняется с пугающей быстротой: то тоска и безнадёга, от которой хочется скулить, то надежда, то волнение, когда я прислушиваюсь к слабому дыханию любимого, то накатывает злость и раздражение. То ли это от вынужденного безделья, то ли организм решил таким образом удерживать себя в сознании?

И вообще! Неправильные у них тут внутримировые порталы. Вот когда мы к Кларе собирались, прошли через портал с лошадьми. Так почему же он лериреев не пускает? Животное же, пусть и разумное.

В какой-то момент я не вынесла и попыталась пошевелить затёкшими от долгого пребывания в неудобной позе конечностями. Боль пронзила всё тело. В ноге жарко запульсировало, так, будто кто-то с особой жестокостью раз за разом ставил клеймо. Миг страданий показался вечностью, и я уплыла в спасительное забытьё.

— Вот же, демоны! — послышался рядом смутно знакомый голос.

Меня кто-то касался, но сил не было даже на то, чтобы приоткрыть глаза. Вскоре мне в рот влили какую-то жидкость. Вкуса я не ощутила. Рядом слышались многочисленные голоса.

Нас нашли? Или это предсмертный бред?

Как позднее выяснилось, межмировой портал, накапливая энергию, выкачивал магию из всего окружающего его пространства. Приютившее нас с Леонелем поселение оказалось как раз в этой зоне. Именно поэтому не работали артефакты, а я не сумела сменить расу по возвращению. И да, Мэрион успел. Меня, в полубессознательном состоянии, он доставил к целителям. За Леонелем вернулся верхом и, забрав обессиленного лерирея императора, доставил того в столицу.