Книга Императорская любовь, страница 58 – Марина Андреева

— Миледи… — робко привлёк моё внимание так и не посмевший подняться с колен Стефан.

— О… Встаньте, что вы так… Все, все встаньте! — попросила я, ощутив примешивающийся к ознобу прилив слабости. — Пойдёмте наверх. Здесь холодно.

И вот мы уже идём. Только каждый шаг, каждая ступенька почему-то даются с большим трудом, словно я подвиг совершаю. Такое ощущение, будто у меня все суставы заледенели. Руки, ноги и нос так точно ледяные.

Где-то посреди пути наверх я, отбросив церемонии, обняла себя, спрятав озябшие кисти под мышки.

— Миледи, — послышался рядом голос моего новоявленного «телохранителя» и на мои плечи лёг, показавшийся сейчас едва ли не горячим, свободный сюртук.

— С-спассибо, — стуча зубами, выдала я, кутаясь в спасительную материю.

Идти стало немного легче. Остатки чужого тепла, хранимого одеждой, будто поддерживали жизнь в моём как-то слишком уж стремительно замерзающем теле. К этому моменту даже мысли уже стали какими-то вялыми, словно вязли в густом киселе. Или это мозг густеет от холода? Бррр… Ну и бред!

— О, боги! — воскликнул осенённый какой-то идеей Стефан. — Магии же нет!

М-да уж, очень важное открытие. К чему это он?

— Целиус, у нас проблема! — тем временем орал управляющий в амулет связи.

А меня едва на истерическое «ха-ха» не разобрало, так напоминала произнесённая седовласым фраза, крылатую некогда: «Хьюстон, у нас проблемы!»

— Да, с ней, — продолжал переговариваться с кем-то Стефан. — Что? Магическое истощение…

Ээээ… Это обо мне, что ли? О каком истощении речь? Магии же нет. Как же так-то?

— Вот так! — отозвался седовласый, то ли прочитав мои мысли, то ли ответив невидимому собеседнику. — Сделаем. Ждём!

Целиус… Целиус… Ааааа, это он с Витаэлем общался! Витаэль, это хорошо. Витаэль, мне нужен. Он умный, добрый и обязательно мне поможет.

— Арон! Бери миледи на руки и бегом наверх, Таниса, тоже с ним беги. Срочно в горячую ванну. Целиус собирает всё необходимое и скоро будет здесь.

Сильные мужские руки тут же подхватили моё продолжающее коченеть тело. Я сжалась в комочек, пытаясь сохранить остатки тепла, и… потеряла сознание.

Обморок, он такой обморок. Никогда прежде в оном состоянии не бывала. Ну, а придя в себя, тут же смачно покраснела. Ибо картина предо мной предстала следующая: одна женская особь, помимо меня любимой, то бишь Таниса, мужские особи в количестве двух штук — ага, Арон и Витаэль, ванна с горячей водой — одна штука, оттаивающая в ней попаданка — тоже одна штука. Причём штука эта голая! Совершенно.

— Не шевелись, — приказал целитель, заметив, что пациентка не только пришла в себя, но и готовится свершить некие движения в целях прикрытия особо интересных и стратегически важных частей своего тела.

— Эм… — только и смогла выдавить я, с удивлением осознав, что сидя в целой ванне воды буквально умираю от жажды. Вот даже язык к небу прилип.

— Не пытайся говорить, — добил меня приказ Витаэля.

Так и подмывало спросить: «А дышать-то можно?» Увы, на этот подвиг меня не хватило. В смысле на то, чтобы задать вопрос. А вот дышать, да, дышу.

Витаэль что-то мутит с помощью неведомых мне артефактов, Таниса на подхвате, то подай, сё принеси, это мне в рот влей. А вот на кой тут Арон?

Ну, коль говорить не могу, то уж испепелять взглядом виновников моего смущения, это с лёгкостью. Чем усиленно и занимаюсь, при этом не менее усиленно краснея.