Книга Твоя чужая жизнь, страница 155 – Марина Андреева

— Вот, — протянул ему папку с документами псевдо-Прутко.

— Минуточку, — остановил его нотариус. — Эти бумаги оставьте, с ними согласно договору с Кириллом Дмитриевичем мы разберёмся с…

— Прутко Василий Алексеевич, — представился «старлей».

— Да, да. Так вот, с содержимым этой папки мы разберёмся в приватной обстановке с Василием Алексеевичем позднее, а сейчас, насколько я помню, необходимо перевести часть активов?

— Не совсем верно, — отмахнулся «Василий». — У меня имеются как раз иные указания, вот здесь, — он протянул нотариусу какой-то конвертик.

Мужчина тут же вскрыл его, ознакомился и с удивлением посмотрел на Колю.

— Ну что же, поздравляю, ваши активы существенно увеличились.

— Мне ничего от него не нужно, — фыркнул Коля.

— Не скажите. Мне поручено распорядиться средствами клиента в соответствии с его пожеланиями, и я не собираюсь нарушать договор. Тем более, что были оставлены вполне чёткие инструкции и даже произведена предоплата.

— Предоплата? — искренне удивился Коля.

— Да, девушка, именно так. Операции, которые мы произведём сегодня, уже оплачены, однако, не оказав услугу, я не имел права расходовать средства, — пояснил нотариус. — Ну что же, приступим? Надеюсь, все необходимые документы при вас?

— А что требуется? — продолжая корчить комедию, уточнил «старлей».

Нотариус перечислил и, по мере появления озвученного на столе, принялся за оформление бумаг. Спустя сорок минут Коля оказался относительно свободен. И эта свобода ограничилась крохотной комнатушкой, с мгновенно закрывшейся за его спиной дверью. Нащупав возле двери выключатель, Коля осмотрелся: в углу вешалка, стул, швабры, вёдра, тряпка, бытовая химия — это явно была подсобка.

— Юль, я номер твой записал, звякну как-нибудь? Ты не против? — обратился сквозь дверь к Коле псевдо-Василий.

— Если скажу — нет, это что-то изменит? — фыркнул Коля.

— Ну, ты же не столь наивен, — раздалось с той стороны. — Бывай. И надеюсь, до встречи.

Спустя час в двери повернулся ключ, и от порога комнатушки с истошным криком отскочила немолодая женщина. Не обращая на неё внимания, Коля вышел из офиса, сел в машину и задумался — что делать дальше?

Первым делом он попытался получить разрешение на звонок в психиатрическую больницу, однако получил отказ, аргументированный тем, что его прошлый визит нарушил шаткое здоровье больного. «Если бы что-то случилось, так бы и сказали. Значит, этот урод просто меня пугал!» Облегчённо вздохнув, Коля решил искать друзей старлея. Найти кого-то в многомиллионном городе оказалось непросто. Да и знал он только имена и фамилию Стаса — Сальников. Помочь могли взломанные базы данных, как мобильных операторов, так и баз городских служб, с адресами и паспортными данными жителей города. Насколько помнил Коля, их можно было приобрести на любом лотке в переходах метро или на «Юноне» — рынке, где можно было купить хоть чёрта в ступе, но, как показала практика — это было раньше. Теперь же продавцы вылупляли глаза и махали руками, мол, они к таким товарам не причастны, идите, мол, в метро, там, если повезёт, у вагонных торгашей купите. Накатавшись до потери пульса в подземке, он всё же нарвался на торговца заветными дисками. Торгаш с пеной у рта убеждал покупателя, что базы актуальны по состоянию на конец прошлого года, что было написано и на упаковке диска. Однако, придя домой и установив программу, Коля почувствовал разочарование: фактически, базы оказались пятилетней давности. Соответственно, искать информацию в базах сотовых операторов смысла не имело, оставалось найти адрес Стаса, по городской базе данных. Станиславов Сальниковых, примерно подходящих по возрасту, в городе оказалось семеро. Выписав их адреса и номера домашних телефонов, Коля взял в руки мобильник и вдруг задумался: «А что я скажу? Здрасть, Стас, это Юля, то есть Коля, бывшая подруга старлея. Помнишь, мы ещё под Приморском вместе крематорий нашли? Мда, после такой тирады ко мне, как минимум, из психушки приедут, а то и из полиции, ну, при лучшем раскладе трубку бросят…» Однако делать было нечего, и Коля набрал первый номер. Трубку подняла явно немолодая женщина и скорбно сообщила, что её сын неделю назад погиб в автомобильной аварии, и, извинившись, повесила трубку. Перезванивать почему-то рука не поднялась. В памяти всплыли слова псевдо-Прутко об опасности для друзей старлея. Но надежда на нелепое совпадение заставила Колю проверить следующий номер — никто не взял трубку. Ещё по одному ответил человек с явно выраженным северокавказским акцентом и тут же подтвердил, что он и есть Станислав. Коля, быстро извинившись, дал отбой связи и вычеркнул номер из списка. По четвёртому номеру ему ответили, что Станислав в служебной командировке, в Германии. Но как Коля ни тужился, он так и не смог вспомнить, чем зарабатывал на жизнь этот человек и мог ли по работе носиться по заграницам, и, соответственно, поставил напротив номера значок вопроса. Пятый и шестой номер не ответили, а вот при звонке на последний, когда Коля почти отчаялся, ответил до боли знакомый голос.