Книга Твоя чужая жизнь, страница 88 – Марина Андреева

— С тебя шашлыки и яблоки.

— Мясо привезёте — будет шашлык, а яблоки сами нарвёте. И кстати, тебя сюрприз ждёт, — выпалил старлей и, не дожидаясь вопросов, отключился.

Заинтригованный заключительными словами, Николай включил чайник, и уже после ванной вспомнил про Юлю. Её присутствие вызывало какой-то странный диссонанс внутри: вроде бы он не мог сказать, что влюблен в неё, как в человека, несмотря на общую беду, они были слишком разные. В то же время его тянуло к ней, возможно, потому, что именно она являлась обладателем его родного тела. На остальных мужчин Коля вообще смотреть не мог, как на потенциальных партнеров, а с женщинами… перед его взором возникла Кира. Низ живота резко обволокло волной тепла, он ощутил, как несвоевременно набухли половые органы.

— Чёрт, — тихо натягивая штаны, выругался он.

За последние годы он уже изучил это тело и знал, каковы будут последствия подобного воздержания: через несколько часов начнет ныть и вспучиваться живот, а уже к вечеру он, с трудом преодолевая режущую, тянущую боль внизу, сможет садиться, и последующий день физический дискомфорт будет гарантирован. «Да чёрт-то с ним!» — стягивая обратно наполовину одетые брюки, решил Коля. «Лучше задержаться, чем мучиться…» В мгновение ока он очутился возле Юли. Под одеялом было тепло. Пара движений, и толком не проснувшаяся подруга уже готова к излечению его проблемы. Избежав лишней прелюдии, Николай взял на себя роль ведущего, и вскоре получившие разрядку любовники расслабленно лежали в объятиях друг друга.

— Что это на тебя нашло с утра? — потягиваясь, промурлыкала довольная Юля.

— Сам не знаю, — соврал Коля. — Василий звонил. Ждёт нас в клинике. Кстати, мы уже опаздываем, — опомнился он и, опять быстро заскочив в ванную, начал одеваться.

До клиники долетели довольно быстро. Пробок не было, и даже со светофорами в черте города повезло. Юля, очутившись в машине, тут же вновь задремала, поэтому ехали молча. Хотя Коле говорить и не хотелось. Он поражался силе своей реакции от одного лишь воспоминания о Кире. «Эх… что же ту-то в женские объятия загнало? Вот был бы я до сих пор мужиком! Ммм…» Николаю с его принципами моногамности было несколько не по себе из-за того, что он желает одну, а удовлетворяет физиологические потребности с другой. Вроде и Кира была не против отношений, но они неизбежно сопрягались с рядом сложностей. Получалось, он элементарно использовал Юлю: «Да, она вроде не имеет ничего против! А вдруг для неё это нечто большее, нежели дружеский секс?» — утешал и одновременно пугал он сам себя. Ощущение того, что Юля — это совсем не тот человек, с кем он хотел бы провести всю жизнь, до сих пор не отпускало. Хотя озвучить его Коля ни разу не решился.

Ещё издали непривычно резанули по глазам распахнутые настежь ворота клиники. Хотя представшая взорам посетителей картина внутри «частной» территории вообще вводила в уныние. Ещё недавно чистенькие, светло-бежевые с белыми элементами отделки здания теперь зияли черными провалами окон на фоне грязно-серых, закопченных стен. Ранее регулярно подстригаемые газоны и кустики после тушения пожара оказались поломаны и затоптаны. Повсюду царило запустение. Единственными признаками чьего-то присутствия были несколько внедорожников и довольно большой фургон, представлявший нечто среднее между дачей на колёсах и рефрижератором.