Книга Писец подкрался. Или... Отбор по приказу, страница 125 – Марина Андреева

— Боюсь, ты права, — отозвалась я, и если бы могла, то наверняка бы виновато понурила голову, но, увы.

— И как тебя угораздило измагичиться в ноль, в запертом помещении?

Ну я и рассказала: о своём пробуждения, смущении, побеге от женихов.

— …Так я тут и оказалась, — говорю. — А потом, вспомнилось, что во мне магия есть теперь, полезла в книжки. Там многое прежде непонятно было. И…

— Теперь понятно стало? — перебила меня лерирея.

— Ну да, только получалось не всё, и я не учла, что…

— Избавь меня от подробностей, я от магии далека, — опять перебила меня лерирея. — И знаешь, что? Я вот тут подумала и решила: коли ты головой лишний раз думать не хочешь, будем это лечить. Если выберемся из этой передряги живыми, — не слишком оптимистично добавила лерирея. — Так вот, если выберемся, то первым делом ищем самца, или самцов, — мечтательно добавила пушистая зараза, откровенно наслаждаясь моим смущением. — И в этот раз, никаких поблажек тебе не будет.

— Можно подумать, тебе так не нравится, когда метки ставят, — огрызнулась я.

— Метки может и нравятся, но не вот эта ситуация, когда ты без магии в вельхору не обернёшься, найти нас может когда-то и найдут, но боюсь внутрь попадут очень нескоро. А у нас ни воды, ни еды. Про мужиков уж и вовсе молчу.

— А причём тут моё сознательное присутствие во время нанесения меток?

— А это урок тебе будет, — повторилась лерирея. — Зато, точно усвоишь.

Вот и что тут поделать? Молчу. Понимаю, виновата. Но её метод наказания… Это уже слишком!

— А если мы тут от голода загнёмся, это не слишком? — рыкнула на меня лерирея.

Опять я забыла мысли отделить.

— Если загнёмся, мне уже бояться ничего не нужно будет.

— Не туда ты мысль думаешь. Уж лучше сразу с целой стаей, тем самым, о чём ты даже думать стесняешься, заняться, чем мучительно от голода умирать.

— Можно подумать ты уже пробовала, — мысленно проворчала я, но так, чтобы эта пушистая зараза услышала.

— Было дело, — отозвалась лерирея и умолкла, чем немало меня удивила.

Сидим. Молчим. Я первой разговор начинать не хочу. Да и нечего мне ей сказать в сложившейся по моей же вине ситуации.

А паника никуда не делась, тут она родимая. Ещё и память дров в топку моей нервозности подкинула, оживив детские воспоминания Катрионы.

Было ей тогда от силы лет десять. Магия к тому моменту уже пару лет как пробудилась и девочка по ходу дела неспешно обучалась её премудростям.

Так как уже в те времена во дворце все работники, за исключением целителя, были из числа лишённых магии, то в учителя ей определили юного отпрыска графа владевшего землями по соседству.

Парнишка в свои семнадцать, был серьёзен не по годам, талантлив сверх меры и прекрасно ладил с юной Катрионой. Что и немудрено, ведь девочка была в него безоглядно влюблена. А первая любовь, она такая…

Всё было хорошо. Но пару лет спустя Катриона застала его целующимся с одной из служанок. Это был первый удар по неокрепшей детской психике, а следом, пришло полнолуние, и она метнулась на поиски любимого, желая вместе повеселиться на флюгере, да в пятнашки поиграть, и… Застукала его в процессе постановки меток. Хотя в тот момент она ещё не знала, свидетелем чего именно стала.

Улететь бы ей прочь, но девочка стояла и смотрела на происходящее, все ещё не понимая, что происходит, но чувствуя жуткую обиду из-за того, что друг и наставник не обращает на неё внимания, играя в странные игры с какой-то другой лериреей.