Книга Главная роль актрисы-попаданки, страница 21 – Лара Барох

На вежливую просьбу пришлось рассказать сказку.

— А какие вы еще сказки знаете?

Вот прилипла. И хочется оттолкнуть ее, накричать, но она ведет себя крайне достойно. Если сейчас я ее оттолкну, получится, что я вроде как не права. Ребенок вежливо просит, а я как Баба-Яга.

— Про Колобка рассказать?

— Это который от всех убежал?

Только этого мне не хватало. Она еще придираться будет?

— А про Чио-Чио Сан сказку знаешь?

Глаза мелкой вспыхнули интересом.

Ну а что, театральные постановки это ведь тоже в какой-то мере сказки. Вот я и расскажу, только конец от себя перепишу, чтобы не травмировать дитя.

На третий день поездки я поймала себя на мысли, что мне приятно пересказывать сюжеты спектаклей. А на шестой я уже рассказывала их в лицах. И что интересно, до обеда едва успевала закончить одну историю, а вторую уже перед остановкой на ночлег. Дни пролетали незаметно, и дорога не казалась такой утомительной, и даже кочки и выбоины перестали мне досаждать. Вот она, великая силы театра!

Когда мы подъезжали к Семёновску, Луша начала истово креститься и причитать:

— Господи помилуй! Убереги от вражьего глаза, от преступников, спаси и сохрани голубку мою Аннушку, дитя невинное Лизавету, Кузьмича и меня грешную.

Бубнит и крестится, а сама зыркает с тревогой по сторонам.

— Ты это чего?

Всю дорогу ехала, сказки мои слушала, хвалила, а здесь того и гляди в панику ударится.

— Гиблый край, гиблый город, одни староверы кругом. — Она осенила меня крестом, девочку и себя. Кузьмич крестился сам.

Я порылась в собственной памяти. Перед глазами встала знаменитая картина с боярыней Морозовой в санях. И что-то там про Аввакума, сожгли или иначе как умертвили, не помню. Еще раскол, во! Раскольниками их назвал Никон из-за того, что крестились двумя пальцами. Но там наверняка конфликт не в этом состоял.

А вот память Анны дала много больше информации. Преступники, враги государя императора, сосланные подальше от крупных городов. Многих сожгли заживо, и протопопа Аввакума в том числе.

Боярыню Морозову, магнатку, богатейшую и влиятельнейшую особу в империи, бросили в яму и заморили голодом до смерти.

А спор вышел из-того, что раскол они учинили. Не захотели поддержать истинную веру, и вместе с ней и государя императора.

Отношение к ним в обществе однозначное: преступники.

Вот ведь угораздило меня к ним угодить…

— С чего ты взяла, что именно староверы?

Дорога к моему поместью лежала через город, и когда мы проезжали через него, я никак не могла взять в толк, откуда Луша сделала подобные выводы.

— Да ты на баб ихних посмотри, вишь, как платки повязывают?

Ну, посмотрела, платок, как и у самой старухи, закрывает всю волосистую часть головы. Хоть убей, не вижу различий.

— Видишь, они булавку под подбородком закалывают, узлов не признают. То верный знак.

И вправду, если Луша завязывала платок узлом, то эти закалывали булавками.

— И ни одной церкви у них. Беспоповцы это, вот те крест.

Из памяти всплыло, что при расколе власти убили всех попов-раскольников. И рукополагать новых стало некому, от наших священников они помощь не принимали. Поэтому обряды у них производят избранные наставники из общины, а из таинств остались только крещение и исповедь. Вся их сила в общине, это закрытый для чужих круг людей. Посуда делится на чистую и грязную, в дом чужих не пускают, замуж выходят и женятся только на своих. Еду для себя выращивают сами, чужую, грязную не покупают. Такой вот народ.