Книга Хозяйка приюта для маленьких драконов, страница 124 – Александр Витальиев

— Не спишь? — спросила я.

Он покачал головой. Я села рядом на кровать, посмотрела ему в глаза. Губы у него были синие, и я поняла, что он замерз.

— Ложись под одеяло, — сказала я. — Я накрою тебя.

Он не шевельнулся. Я стянула с себя платок, накинула ему на плечи поверх одеяла. От платка пахло Роаном, его чужими духами и лавандой, и Олли сразу перестал дрожать.

— Твое имя Олли, — сказала я тихо. — И больше я тебя не оставлю.

Он посмотрел на меня и впервые за два дня улыбнулся одним уголком рта. Не широко, почти незаметно, но я увидела. Я поцеловала его в макушку и встала.

На лестнице я столкнулась с Роаном. Он стоял у двери, прислонившись спиной к косяку, и смотрел на меня сверху. У него в руке была чашка, и пар от отвара поднимался ему к лицу.

— Он уснул, — сказала я.

— Я знаю, — ответил он. — Я слышал, как ты сказала его имя. Он тебе поверил.

Я хотела ответить, что он мне тоже поверил, но не сказала. Я протянула руку и забрала у него чашку, потому что она была слишком горячая для его пальцев.

— Пойдем вниз, — сказала я. — Нам еще возвращаться.

В кухне Марта мыла посуду, Ларс укладывал бумаги в папку. Брин сидела у печи и рассказывала что-то Норе, которая варила похлебку к ужину. Я подошла к столу, на котором лежала моя копия протокола, и перечитала требования. Они были написаны моей рукой, но выглядели как чужие. Слишком официально, слишком твердо.

— Убери это в саквояж, — сказала я Ларсу. — Я больше не буду перечитывать. Если что-то забуду, скажешь мне на лестнице.

Он кивнул и спрятал лист в папку. Роан стоял у окна и смотрел на улицу. Я подошла к нему и встала рядом, и мы оба смотрели, как по дороге едет серая карета без герба.

— Это наблюдатель, — сказал Ларс, выглянув в окно. — Он вернулся.

Я надела передник, проверила, на месте ли ключ от подвала — нет, я же отдала его Маркусу в верхний ящик. В кармане у меня остался только носовой платок и кожаная папка с письмом об увольнении. Я взяла саквояж, в котором лежали одиннадцать браслетов в жестяной коробке, и пошла к двери.

— Подожди, — сказал Роан.

Он подошел ко мне, взял из моих рук саквояж и взвалил себе на плечо. Я хотела возразить, но он покачал головой.

— У тебя руки заняты кожаной папкой, — сказал он. — А у меня только цепь под рубашкой, и она ничего не весит.

Я кивнула. Мы вышли на крыльцо втроем: я, Роан с саквояжем и Ларс с папкой. У ворот стояла серая карета, и из нее выходил человек в таком же сером кафтане, что и утром, с аккуратной бородкой и тяжелой печатью на груди.

— Илана Форд? — спросил он.

— Да, — ответила я.

— Я готов принять у вас коробку с браслетами и расписку. Вы можете передать их мне здесь, и я сам отвезу их в палату под охрану.

Я посмотрела на него. Он был ниже меня ростом, и у него были усталые глаза, как у человека, который не спал вторую ночь. Я достала из саквояжа жестяную коробку, поставила ему на ладонь. Коробка была легкой, потому что одиннадцать браслетов весят меньше, чем кажется.

— Расписка остается у меня, — сказала я. — Я передам ее вам в кабинете Маркуса Дейна, лично, при свидетелях.

Он кивнул и спрятал коробку под полу кафтана.

— Копия протокола у вас с собой?

— Да.

— Тогда прошу в карету. Маркус Дейн ждет в кабинете. Он подал в отставку час назад, и полномочия палаты по вашему делу перешли ко мне.