Книга Убей любимых, страница 19 – Л. Э. Харпер

Мои персонажи стоят передо мной ошеломленные и слушают свою историю, предстающую в новом, зловещем свете. Ради этого разговора мы укрылись в личной горной пещере Темерес. Шпионы повсюду – мне ли не знать, – но ни один из прислужников Залора не осмелится ступить во владения драконов. Светомагия смертельно опасна для подданных тьмы.

— Рекса и Ашер погибают в бою. Залор убивает Валена в решающем противостоянии. И, когда Кайла наконец уничтожает Залора, Цендрион тоже умирает.

Слова повисают в тишине. Полные ужаса лица моих спутников белеют в мягком свете пещеры. Темерес украсила свой дом ползучим звездным мхом. Он усеян крошечными бело-синими цветами, которые к ночи раскрыли лепестки и засияли, заливая жилище бесплотной дымкой.

— Свою смерть я предвидел, – рычит Цендрион, приоткрывая завесу мрачной тайны.

— А что насчет нас? – спрашивает Ашер, глядя на Рексу и Валена.

Те не обращают на него внимания. Рекса занята тем, что сверлит меня взглядом, а Вален застыл в задумчивости у широкого жерла пещеры.

Я кусаю губу.

— Ваши смерти – это, ну… неожиданный поворот. Чтобы, знаете, создать напряжение.

Рекса издевательски фыркает.

— Чтобы что?

— История без конфликта – пустышка, и нельзя было, чтобы Кайле все далось слишком легко, – говорю я. – Это превратило бы ее в Мэри Сью.

— Что еще на хрен за Мэри Сью?

Я стону, хлопаю себя руками по лбу и провожу ладонями по лицу.

— Если бы Кайла победила в войне, без усилий сладила со своей неповторимой магией и спасла всех до единого друзей, она бы казалась совершенством. Людям в моем мире такое не по душе.

Так утверждают эксперты по литературному мастерству. На самом же деле читатели обожают старую добрую Мэри Сью – потому что, как и я, жаждут сбежать от реальности. Они примеряют на себя пустую оболочку персонажа и неожиданно становятся всем, о чем только мечтали.

— То, что Кайла теряет всех любимых и близких, делает развязку истории впечатляющей.

— Хочешь сказать, что ты убила людей ради хорошей истории, – говорит Рекса.

— Ради отличной истории, – беспечно поправляю я.

Жаль только, что мой издатель с этим не согласился. Вся команда на Земле была в таком же ужасе от трагической кончины моих персонажей. Отсюда и требование все переписать.

— И на твоей планете есть люди, которые прочтут эту историю? – спрашивает Ашер.

— Да.

— И этим людям понравится читать про нашу гибель?

— Нет. Эта история была создана, чтобы заставить читателей страдать.

— И ты хотела заставить их страдать? – разевает рот Ашер. – Почему?

Я пожимаю плечами.

— Потому что моя реальность полна страданий. Нет ни совершенных людей, ни счастливых развязок. Мечты не сбываются. На Земле это не работает.

— С учетом того, что ты убийца-самоучка, – встревает Рекса, – откуда нам знать, что ты здесь не для того, чтобы прикончить нас с опережением графика?

— Я не хочу вас убивать, я вас люб… – У меня не получается договорить, хотя это было бы самой чистой правдой из всего, когда-либо мной сказанного. Я запускаю пальцы в растрепанные волосы Кайлы. – Просто мне… пришлось очень нелегко.

А вот детали моих невзгод от меня ускользают. Воспоминания о Земле до сих пор туманятся – что вызывает все большую тревогу, – и я не могу подобрать нужные ответы.

— Я жила в очень мрачном мире, – обхватив себя руками, объясняю я. В пещере Темерес сухо и на мой вкус холодновато. – Писательство было для меня отдушиной.