Онлайн книга «К чужому берегу. Предчувствие»
|
Полностью перейдя на итальянский, она стала говорить куда более смело, разумно и связно. Я из приличия слушала ее не такой уж короткий рассказ о том, как семейство Бонапартов потеряло родину. Она говорила, как бежала с младшими детьми из Аяччо, бросив там все, не собрав впопыхах даже самого жалкого скарба, как они долго бродили, сбивая ноги до крови, по горным тропам и две ночи прятались в пещере, дожидаясь лодки, которая переправит их в Марсель. Наконец, Наполеоне нашел их и спас. Как она была рада, что ее сын жив, что он вырвался из рук преследователей! Я внимала, не слишком вникая, но радуясь уже тому, что принимающая сторона не затрагивает тему какого-либо нашего с ней родства. Вообще-то я не понимала, к чему эта встреча, но раз уж этой женщине так угодно — что ж, я послушаю… Мимоходом я отметила, что, судя по прошлому мадам Бонапарт, первый консул происходил из чрезвычайно бедной, весьма скудно жившей семьи. Из ее слов выходило, что они чуть ли не побирались в Марселе. Да и вообще вся их жизнь прошла в пересчитывании каждого су: женщины в этом семействе наравне с прислугой гнули спины в своих оливковых садах, носили воду, месили тесто для пасты[47], собственными руками стирали одежду и гладили юбки. Меня это несколько поразило. Я знала, конечно, что генерал Бонапарт не из знаменитого рода, но чтоб все было настолько плачевно?… «Хорошо ли это для Франции? — недоверчиво подумала я. — Эти люди тряслись над каждой монетой, управляли самым жалким имением, завидовали всем, кто богаче, — и вдруг такая власть, как сейчас? Как они с ней справятся, если никто из них не готовился к государственному поприщу? Откуда у них опыт и принципы? Наследников престола с детства готовят к царствованию, и то не всегда получаются хорошие короли, а тут…» — Вы ничего не едите, синьора Сюзанна. Я совсем заговорила вас? — Ваш рассказ очень интересен, синьора Летиция, — заверила я ее и, чтоб сделать ей приятное — она все же была довольно простая, обыкновенная женщина, не вызывавшая никакого отторжения, — ковырнула десертной вилкой пирог, который хозяйка мне предложила. Это был на вид не ахти какой пирог, да, но вкус… В первое мгновение я не могла понять, что он мне напоминает, чувствовала только, как волна воспоминаний всколыхнулась в груди. Нунча! Это же ее простой рисовый пирог, которым она иногда баловала меня и братьев. Я не ела его больше двадцати лет! Проглотив кусочек, потом еще и еще, я подняла на хозяйку изумленные глаза: — О Боже… это… это… Глаза старухи Бонапарт улыбались. — Вот как, вы узнали. Tarta de riz[48]. Да, это невозможно спутать. Его делает Саверия, нянька, которая прослужила у нас тридцать лет. Другого такого лакомства нигде нет, как нет нигде и неба Корсики — только там оно лазоревое… Ей удалось меня тронуть, этого нельзя было отрицать. Я с удовольствием доела предложенную сладость, наслаждаясь нежностью забытого вкуса, запахом молочного крема, похожего на пудинг. Почему Стефания никогда такое не готовит? Я чувствовала сейчас себя маленькой девочкой с загорелыми лодыжками, выглядывающими из-под рваной юбки, девочкой, сидящей у очага в тосканском доме и жадно поедающей лакомство, которое так редко появлялось в ее жизни. — Откуда вы родом, синьора Сюзанна? |