Онлайн книга «Вкус невинности»
|
Впрочем, возмущения у Адель это не вызывало. Просто развеялась маленькая иллюзия, и все. Даже не иллюзия, а ее собственное заблуждение. Разве может она, Адель, возражать или не одобрять поведения Гортензии, если сама через день бегает на свидания? Да еще на какие свидания! Она выбежала на улицу, уже понемногу забывая о том, что видела. Да и до этого ли ей было сейчас? С бессознательным эгоизмом счастливого человека она не способна была думать ни о чем другом, кроме своего счастья. Она не размышляла, не анализировала, не строила догадок, она жила только нынешней минутой и не мечтала о будущем. 11 Действительно, Адель была очень счастлива, и, как это всегда бывает у счастливых людей, время пролетало для нее совершенно незаметно. Она не успевала опомниться, как наступал новый день, и она радовалась ему, зная, что он принесет ей только приятное. Ее жизнь обрела смысл, она чувствовала себя вполне взрослой. Над своим двусмысленным положением Адель не задумывалась. Просто не хватало времени. Да, ее статус при Эдуарде был более чем сомнителен, но она предпочитала играть эту роль, чем сидеть дома и терпеливо ждать жениха, а потом благопристойно выйти замуж за того, к кому ты совершенно равнодушна. У нее теперь была иная дорога - на улицу Эльдер, и она не променяла бы ее ни на какую другую. Можно было даже сказать, что на свет родилась какая-то новая Адель. Это была уже иная женщина - смелая, прекрасная, дерзкая, один вид которой излучал теперь чувственность. Томность проскальзывала в каждом движении. Она смеялась теперь громче, на щеках пылал румянец, и даже в голосе появилось что-то новое, вызывающее. Она стала еще стройнее и еще красивее, в глазах плескалось кокетство. Любой, поглядев на нее, понял бы: эта юная женщина получает столько любви и ласк, что никакая неприятность не может глубоко ее затронуть - настолько счастливо ее тело. Уже давно исчезла боль, которую она испытала в первый раз. Отдавшись своему любовнику полностью, она ни в чем ему не препятствовала, и за эти три недели встреч они достигли небывалой близости в своих отношениях. В Адель никогда не просыпалась целомудренная Диана, напротив, она любила все, что давало наслаждение, и не знала ложной стыдливости… Она оказалась чудесной ученицей, и Эдуард был полностью захвачен процессом обучения. Казалось, еще ни с кем он не был так страстен, так неутомим, так ненасытен и неистов. Она словно вдыхала в него жизнь. Чувственность, соединенная с искреннейшей симпатией к этой милой красивой девочке, была внове для него. Он думал о ней, когда она была далеко, и его бросало в жар. Он вспоминал ее аромат, ее стоны, когда она бывала в экстазе, и считал часы, оставшиеся до свидания. Эти встречи пробудили в Адель интерес и любовь к собственному телу. Ее любил Эдуард, его любовь давала ей уверенность, и это было хорошо, но она хотела становиться все лучше, все прекраснее, хотела с каждым разом быть все совершеннее. Порой ее даже терзало тщеславное желание покорять всех - так, чтобы любой мужчина оглядывался, встретив ее на улице. Обнаженная, она часто теперь простаивала перед зеркалами, любуясь своим тройным отражением и изучая его. Она мылась нынче в лавандовой воде с примесью сока лилий, инстинктивно пытаясь отыскать свой, неповторимый аромат, который принадлежал бы только ей и выделял среди других женщин. Ни одного ороговевшего участка не должно было быть на ее теле, ее кожа должна была быть нежной везде - до самых пальчиков ног. Как нарцисс, она стала обожать саму себя, но все же не считала себя сделанной из золота и с радостью расточала тепло и ласки своей прекрасной юной плоти тому, кого любила. Да и для кого же была эта морока, как не для Эдуарда? |