Онлайн книга «Первая любовь королевы»
|
Уильям не ответил. Ему уже давно приходило в голову, что заслуги их рода по достоинству не вознаграждаются, и Говарды, возможно, поставили не на ту лошадь. Йорк, которому они были так верны и который теперь сделался протектором не без их помощи, не вспоминал о Говардах вовсе. А ведь соглашаясь открыть Генриху VI правду о супруге, граф Ковентри и вправду рассчитывал даже на какую-нибудь должность. Ха, да не то что должности — благодарности толковой не дождешься, и то, что суд взял сторону Уорвика, — еще одно тому подтверждение. Черт, выходит, надо быть довольными уже потому, что их с отцом выпустили из Тауэра! Не поднимая глаз, Уильям резко бросил: — Как бы нам вконец не прогадать, отец. Королева теперь наш смертельный враг, Ланкастеры нас ненавидят. И вы еще думаете просить защиты у королевского суда! — Так ведь там заправляют люди Йорка, сын мой. — Нам от этого мало проку. Йорк нас не ценит. Похоже, мы просчитались, когда делали выбор между двумя розами. Старый граф тоже многим был недоволен. Однако, нахмурившись, он погрозил пальцем: — Потише, потише, мой мальчик! Не торопись. Это, знаешь ли, только леди Глупость вертит головой то направо, то налево, а лорд Здравый Смысл сидит и ждет. — Не помню, чтоб вы долго раздумывали, когда взяли сторону Йорка, сэр. — Э-э, не напоминай мне о том, что я хотел бы забыть. Будь хорошим сыном, Уил. В конце концов, я желал тебе только добра. Разговор увял, как это случалось уже не раз, ибо выхода ни отец, ни сын для себя не видели. Оба были бы рады изменить что-то в своей жизни. И оба с охотой вспомнили бы о своей присяге королю, если бы не знали заранее, что их услуг королева не примет. Эта гордячка тоже ничем не лучше Йорка, все они одинаковы, никто не умеет быть благодарным. Да и чего ждать от королевы, если Англией управляет Йорк? Дверь скрипнула. Тяжелыми шагами вошел Скелтон, оруженосец графа, тяжелый, крупный человек, лицом — настоящая обезьяна, длиннорукий и неуклюжий. Его называли еще Скелтон Большая Пика за старую длинную гизарму[66], которой он ловко орудовал. — Там пришли люди, милорд, вилланы, те самые оборванцы, которых вы… — Он предпочел не договаривать: — Словом, у них что-то там стряслось. Они, похоже, захватили кого-то и приволокли сюда. — Так что же? Пускай волокут и дальше. Гостиница для того и создана, чтобы принимать путников, а мне до этого нет дела, я не грабитель. Скелтон мотнул рыжей головой: — Да нет, лорд Томас. Мне показалось, у них вышла настоящая стычка, они потеряли нескольких людей и теперь причитают что есть силы. Да и люди, которых они захватили, пожалуй, не совсем обыкновенные, милорд… как бы вам за это не поплатиться. Молодой Говард поднялся, повертел головой, будто разминая шею, стянутую кольчужным ошейником, и неохотно произнес, допивая остатки вина из глиняного кубка: — Я пойду погляжу, разберусь, что там. Граф проворчал, глядя сыну вслед: — Вечно с этими вилланами что-нибудь приключится. Смотреть на них — просто посмешище… Ясное дело, мужичье! Сколько ни учи, все напрасно. Черт побери, Гарри Пятый[67], видя таких стрелков, позволил бы им стрелять в себя, да еще и платил бы по шиллингу за выстрел! Взглянув на Скелтона, граф кивнул: — Садись, старина Джон, и выпей со мной. А потом можно будет славно сыграть в кости — все равно охоты нет возвращаться в замок. |