Онлайн книга «Лилии над озером»
|
— Но откуда… откуда такое состояние? - прошептала я пораженно. Так называемое американское имущество, как я видела, состояло из луизианского поместья Бель-Эр и двухсот тысяч старых ливров в банке Гранье в Новом Орлеане. Нет, конечно, я кое-что слышала о предках Александра, которые были колонистами в Новом Свете и по воле Людовика Солнца даже занимали там должности губернаторов. И в Белых Липах было полно редких растений - свидетельств той, американской жизни, привезенных оттуда в Бретань более века назад. Взять хотя бы тюльпановые деревья близ Чарующего озера… Впрочем, деревья деревьями, но чтобы такое?… Анна Элоиза скользнула по мне насмешливым взглядом. — Вас удивляет сумма в банке? Да, я знаю, она велика. — Велика? Да у меня даже нет слов… В старых ливрах! — Не обольщайтесь. Их сейчас не достать. Англия не допускает французов до путешествий по морю. И правильно делает, поделом им, этим убийцам короля! Старуха была права. Новый Орлеан был нынче недосягаем для коммерческих связей с Францией, вся морская торговля испытывала затруднения из-за блокады, которую устроила Англия французским кораблям. Но мне, привыкшей в последнее время к убыткам, подсчитывавшей все расходы, даже видеть такую сумму на бумаге было удивительно. Да еще убедиться, что она теоретически принадлежит нам… Я ожидала объяснений от Анны Элоизы. Кряхтя, она с величайшими предосторожностями опустилась в кресло, не принимая, впрочем, от меня помощи, и, только усевшись окончательно, стала говорить. — Вы не понимаете? - произнесла она скрипучим голосом. - Где уж вам сразу понять, с вашими-то куриными мозгами… Мой муж, упокой, Господи, его душу, перед тем как жениться на мне, жил в Луизиане, а его предки появились там еще на пятьдесят лет раньше. Бель-Эр - это его тамошнее поместье, которое я в глаза никогда не видела. Когда мой муж уехал во Францию, а было это в 1738 году, усадьбу оставили на управляющего. Там выращивали хлопок, насколько я помню… Бель-Эр был доходен, уверяю вас. Слушая старуху, я вспомнила, что так же обстояли дела и с отцовскими владениями на Мартинике. Отец тоже предпочитал не бывать там. Пти-Шароле, наша антильская «маленькая беседка»… Что-то стало с ней сейчас, кто там хозяйничает? — Да, когда-то Бель-Эр давал десять тысяч ливров в год, - резко продолжала старая дама. - Мы их не востребовали, отправляли в американский банк. Как видите, пролежав там много лет, они превратились во внушительную сумму. — Но кто же управляет всем этим сейчас? - прошептала я. - Почему вы уверены, что от этих денег не осталась лишь пыль? Столько всего случилось… — Луизиана все еще принадлежит Франции, несмотря на то, что американцы жадно на нее посматривают. Да и потом, наша собственность - это наша собственность, нация лавочников на нее не посягнет… В Новом Свете разбойники из Конвента никогда не задавали тон. — А Александр - он знает? — Да, он все знает. Когда он бывал в Лондоне, то даже переписывался с банком Гранье. Ливры никуда не исчезли. — И вы советовались с ним насчет завещания? Анна Элоиза вспыхнула. — Советоваться? Почему это я должна советоваться? Бель-Эр и деньги принадлежат мне, это моя вдовья доля, и я вольна передать её кому угодно. Конечно, я сказала ему, что таков мой выбор… хотя и не объясняла причин. Ваши ублюдки… они могут даже продать Бель-Эр, мне это совершенно безразлично. |