Книга Его нареченная, страница 28 – Виктория Свободина

— Я…

Не успела ничего в ответить.

— Студентка Мейлан Аширо? – суровым тоном поинтересовался вдруг материализовавшийся возле столика столичный стражник. Я и не заметила, когда он подошел. Суровый мужчина с цепким взглядом. Причем он не один. Наш с Этером столик окружило еще четыре стража. Посетители за другими столиками на нас удивленно оглядываются. Что вообще происходит?

— Да, а что…

Вновь не успела договорить.

— Вы несанкционированно, без разрешения покинули академию по поддельному пропуску. Пройдемте с нами.

А вот это уже настоящие неприятности.

Этер резко поднимается.

— Аширо вышла из академии из-за меня. Она ни в чем не виновата. Все вопросы задавайте мне.

— Разберемся. Студентка Аширо, пройдемте с нами.

— Она никуда с вами не пойдет, – властно и гневно произнес Этер. Хотел, возможно, еще что-то сказать, но не смог, поскольку ему два стражника заломили руки и уложили лицом на стол. Брякнули и зазвенели, падая на пол ложечки со столика. В кафе много впечатлительных барышень, послышались испуганные вскрики. Действительно страшно. Нас с Этером задерживают, словно мы не обычные студенты, а опасные особо чем-то провинившиеся преступники.

Меня берут под руку и ведут. Этер, слышу, ругается. Громко и не очень цензурно. Однокурсник задержался, а меня уже вывели с веранды к дороге, сажают в неприметную карету без каких-либо знаков рода и едем мы, к счастью, в сторону академии.

Сижу тихо, боюсь лишний раз вздохнуть.

Карета остановилась рядом с входом на территорию академии, нас пропустили угрюмые стражники, и дальше карета проехала сразу до черного входа в административный корпус.

Вывели. Пока идем по коридорам, обдумываю линию поведения. Скажу все как есть. Артефакты правды и не дадут соврать. Что ушла не по своей воле, под заклинанием повиновения. Проверка покажет, что такое заклинание действительно было ко мне применено. Правда, оно долго не длится. По городу шла сама, из кафе тоже не убегала. Это сочтут за отягчающее обстоятельство?

Меня заводят в кабинет. Я и так боялась, а как увидела кто там сидит, колени и вовсе подогнулись.

Тот самый неприятный дознаватель, который меня сразу, похоже, невзлюбил, но он ладно, здесь еще и ректор! И эти два важных человека по мою душу, только из-за того что покинула академию.

Что дальше было, помню смутно, поскольку была в полуобморочном состоянии. Дознаватель устроил допрос. Выспросил каждую деталь моего похищения-прогулки. Его интересовало все, причем в какой-то дотошно извращеннлй форме, ведь больше всего его интересовало, не то, что я покинула территорию, нет, он узнавал в разных вариациях, не целовалась ли я однокурсником, где, как и когда он меня трогал, сколько раз, как смотрел и что хотел. Потом пошли общие вопросы, встречалась ли вообще когда-нибудь с кем-то, про близость с мужчинами попытался узнать.

Под конец допроса я просто не выдержала и заплакала. Все это так унизительно, еще и при ректоре происходит.

— Эндор, вы слишком давите на девушку, – только после моих слез возмутился ректор. – Сколько неподобающих вопросов вы задали этой милой благонравной леи.

— Эта леи ранее отказалась сотрудничать со следствием, применила шантаж, позже напала и чуть не убила студентку-одногруппницу, а затем спокойно гуляла без разрешения в городе, наплевав на правила академии.