Книга Наследница проклятого мира, страница 51 – Виктория Свободина

Набравшись смелости, спросила:

— А Майя?

К этому моменту я уже сижу, гораздо крепче необходимого прижатая к телу Сотема его сильными руками. Конь медленно бредет по, казалось бы бесконечному полю.

— Майя во многом похожа, - сигирд замолчал, но в этом молчали мне послышалось “но”.

— Вас что-то беспокоит?

— Внешность невероятно похожа, голос, движения. повадки. Только вот внутренняя составляющая кажется все равно иной, хотя я списываю это на воспитание того мира, в котором вы жили. Никто на самом деле не остался прежним. Однако…

— Что?

— Постепенно к вам будет возвращаться память прошлого перерождения. Мне уже сообщали, что некоторые члены вашего отряда начали вспоминать отдельные моменты. Кто-то почувствовал связь с родными, кто-то постепенно вспоминает забытые навыки. Чем дольше вы здесь находитесь, тем, больше, скорее всего, будете походить на себя прежних.

У меня все внутри похолодело. Я не хочу становиться клоном своей предшественницы. Кем бы она не была.

— И… я потеряю себя? Со временем.

— Нет, не думаю. Ведь ваша память о жизни в том мире останется при вас. Можно сказать, вы просто станете мудрее, словно прожив две жизни.

Я слышу фальшь в голосе сигирда. На удивление очень хорошо чувствую и понимаю этого мужчину. Сотем ждет и надеется вернуть себе свою возлюбленную именно такой, какой та была прежде.

Молчу. Настроение как-то так испортилось. Хранит молчание и сигирд. Так мы едем некоторое время, но потом конь резко останавливается, и Дейрегарт спешивается, а потом снимает и меня, ставя на землю, но опять же далеко от себя не отпуская.

Мы у речушки. Даже не речушка, а большой ручей, по краям которого растут редкие кустарники. Не сразу заметила ручей, среди травы, которая его почти поглотила.

— Мы пропустили обед, время уже близится к ужину. Надо передохнуть самим и дать отдых коню, - пояснил свои действия сигирд, но при этом стоит, за талию прижимая меня к себе. Боюсь поднять на мужчину взгляд. Меня начинает потряхивать. Сейчас молчание слишком многозначительное. Кажется, что Дей меня сейчас поцелует. К этому располагает все. Я этого очень хочу, но в то же время отчаянно трушу. Застыла. Сердце стучит в бешеном темпе.

Нет, не могу. Не могу и не хочу становится тайным, постыдным и порицаемым обществом увлечением сигирда. Не хочу быть на втором плане. Не хочу привязываться к этому мужчине, а потом  каждый раз отпускать его к великой любви, и знать, что он с ней.

Сделала шаг назад. Сотем удерживать, и тут же отпустил.

Оглянувшись, смотрю на степь. Куда угодно, лишь бы не стоящего поблизости мужчину. Хочется плакать.

Спрашиваю, только чтобы разрядить атмосферу:

— А где ваши воины? Они подъедут?

— Нет. Они подождут нас на дороге неподалеку от города.

И опять эта неловкая тишина.

К счастью, вскоре Сотем направился к своему коню, чтобы его распрячь. Я сама подошла к ручью и вытоптав себе небольшую поляну, села на берегу. Разулась, опустив ноги в прохладную воду. Хорошо. Пить хочется, но будучи дитем технологической цивилизации, некипяченую воду пить опасаюсь.

из полуприкрытых ресниц незаметно наблюдаю за тем, как Дей извлекает из седельной сумки какой-то сверток, флягу с крышками-стаканами и котелок.

Дальше интереснее. Мужчина зачерпывает в котелок воду из ручья, а затем отпускает котелок над землей, но тот не падает, а зависает прямо в воздухе, и снизу кастрюльку начинает греть синий огонь, источника которого тоже не видно. Ма-а-агия. Тоже так хочу, но никогда не смогу.