Книга Хозяйственная помощница для идеала, страница 86 – Виктория Свободина

— Да очень надо мне с кем-то разговаривать. С чего вдруг?

— Ты красивая, молодая женщина. Со мной ведь ты тоже поначалу не думала, что все выльется в этот разговор? — Демид помолчал. — Давай я куплю тебе саженцы, какие захочешь, и птиц? Кого предпочитаешь? Куры? Перепелки? А может еще загон для кроликов. Подумай, что тебе интереснее. Животноводство? Огород? Сад?

— Эм. А зачем?

— Чтобы пока меня не будет, ты была максимально увлечена и занята. Работа, стройка, хобби.

Весело фыркаю.

— Я и так занята, и хобби разного полно. Сейчас, например, активно думаю о том, чтобы внести правки в дизайн-проект дома. Мне нужно больше полотенцесушителей.

Демид понимающе усмехнулся.

— Да, довольно практичная и многофункциональная вещь. Могу подсказать еще пару интересных идей.

По веселому мужскому взгляду сразу стало понятно, что догадка верная о том, что этот аксессуар здесь неспроста. Да, Демид Идеал, но такой, прям с перчиком. На работе всех до нервного тика доводит, свадьбу потряс, в ванной держатели в правильных местах развесил.

— Угу, я выслушаю. Очень интересно, — киваю я, но вместо сдачи секретов гармоничного расположения предметов в доме, Демид меня поцеловал и стало совсем не до разговоров.

Утро наступило, рановато, со звонком будильника Демида. Зевая, наблюдаю за тем, как шеф неохотно собирается, то и дело на меня поглядывая. Во взгляде сожаление и желание вернуться в постель.

Кое-как выбираюсь из под теплого одеяла.

— Зачем встаешь? Спи еще, у тебя выходной сегодня.

Как я тут одна спать буду?

— Мне нужно на участок. Да и тебя проводить хочу.

Смущенно прикрываюсь одеялом. И пусть мы с Демидом этой ночью не меньше трех раз имели глубокие интимные разговоры, а потом и легкие, долгие, нежные со знакомством с разными поверхностями и выступами дома, но наступает утро и кажется, что все, что происходило ночью, было сказочным сладким сном, а не реальностью.

— Ах, да, у тебя же козы несчастные, не кормленные из-за меня, — насмешливо отмечает Громов.

За завтраком решаюсь активировать старую симку для людей из прошлого, заглядываю в соцсети. Начинают приходить сообщения о пропущенных вызовах.

Семьдесят пропущенных от мамы, под тридцатку от тети, двадцать от Максима и примерно столько же от Кристины.

Демид обращает внимание, как я фыркаю в кружку с чаем, смотрит вопросительно.

— Я когда ушла из дома, мне и то столько не названивали за все время, как за эту ночь и утро, — поясняю весело. — Вдруг стала, видимо, куда нужнее и интереснее. Ну либо хотят узнать, куда торт делся.

Телефон в руке ожил. Замерла, не донеся до рта кусочек вчерашнего краденого торта.

На экране высветился номер Максима.

Шеф заметил мою реакцию, кинул взгляд на экран и нахмурился.

— Ты его еще не заблокировала?

— Я свой старый номер заблокировала. Редко включаю, чтобы меня с полицией не стали искать.

Громов требовательно протягивает мне руку.

— Не против, если я отвечу?

Поколебавшись, все-таки отдаю настырно трезвонящий телефон Демиду.

— Алло, я слушаю, — суровым начальственным тоном начинает разговор Громов. Тихонько давлюсь чаем. Ситуация должна быть напряженной, но мне смешно. После ночи с Демидом вообще настроение хорошее такое, легкое, и ничего его не может испортить. Шеф, поймав мой взгляд, весело подмигнул и совсем уж угрожающе с нажимом добавил. — Говорите.