Книга Я зомбяша, страница 47 – Любовь Хилинская

— Спасаю вашу зад… Эээ… Предотвращаю падение! — не моргнув глазом изрекла та в ответ, тоже вздернув подбородок.

Поединок взглядами продолжился. Окружающие нас студенты явно находили ситуацию достойной интереса, потому как толпа ширилась, раздавались взволнованные шепотки и шушуканье.

— Предлагаю обсудить все в более спокойной обстановке, — мирно заметил вдруг Артур, переключая внимание на себя. — Занятие на сегодня окончено, всем неуд. На пересдачу жду в субботу в шесть утра.

Мигом растерявшие интерес к нам и озабоченные своей судьбой и отменой выходного дня студенты разочарованными группками принялись расходиться, и вскоре мы остались вчетвером. Фрея не пожелала меня бросить на растерзание некромантам, все также загораживая своей широкой спиной и сверкающим взглядом окидывая Эридана как наиболее вероятного противника.

— В кабинет? — сухо спросил он у Артура.

— Да! — ответил тот.

Я ожидала, что они откроют портал или что-то в этом духе, но нам приказали следовать к кабинету ректора и пошли чуть поодаль, разговаривая вроде бы и громко, однако, ни словечка было не разобрать.

— Ты зачем вылезла из комнаты? — прошипела Фрея, резко выдохнув воздух носом.

— В библиотеку хотела попасть! — виновато потупилась я.

— Ну и попала! — хмыкнула она. — Сейчас вон будут думать, что с тобой делать. Хорошо, сразу не прибили. Может, помогут?

— Надеюсь, не прибьют! — я внезапно почувствовала желание расплакаться.

Вот все у меня не как у людей!

Что такое приемная ректора? Это такое огромное помещение, в котором сидит красотка с компьютером и губами, которая властно говорит вам присесть на диванчик, а пока вы жметесь стыдливо на краешке, недовольным голосом сообщает, мол, прибыла студентка Мария со товарищи, извольте выпороть (зачеркнуто) принять и простить.

Вообще, тот случай, когда мы пробрались в химическую лабораторию и позаимствовали там небольшое… ладно, некоторое… хорошо, будем честны — нужное количество ингредиентов для своих опытов, а потом в общаге их и провели, отчего воняло на весь этаж, а комендант орала не своим голосом и топала толстыми ножками в штопанных чулках — так вот, тот случай к сегодняшнему не имел никакого отношения. Ну, кроме неприятных ассоциаций. В тот раз нас тоже, кого успели поймать, привели к ректору, он долго смотрел из-под очков строгим взглядом и даже, похоже, был настроен на радикальные меры, но тут ему весьма кстати сообщили о рождении внука, а нам прилетела амнистия и обещание отрубить головы (трижды зачеркнуто), то есть, исключить из ВУЗа насовсем в случае, если еще хоть разочек натворим чего-то. Мы не творили. Вернее, творили, но не попадались. Умеючи надо, в общем.

Здесь же из похожего было наличие секретаря — жеманного парня в кокетливом пиджачке, с маникюром и даже, похоже, накрашенными глазами. Среди некромантов что, геи бывают? Или он не гей?

Оценив мой обалдевший взгляд, а также расхристанный вид с порванной юбкой в пятнах травы, растрепанные жидкие волосешки, ногти с траурным венчиком под ними, секретарь поджал губы и велел стоять у порога, дабы не испачкать великолепный алантарский ковер ручной работы. Так и сказал — стойте там у двери, нечего шлендать, я вас провожу, как только его ректорство Эридан-не-знаю-как-по-батюшке изволит принять таких замухрышек.