Книга Я зомбяша, страница 87 – Любовь Хилинская

Ну а что? Я ж не с натуры рисовала, а вынуждена была у одногруппницы перерисовывать! Не виноватая я, в общем! Оно само!

Что за препараты, спросите вы? А это такие специально заготовленные пыточные для студентов. Дают тебе стеклышко с нанесенным на него кусочком органа, ты его под микроскоп суешь и с умным видом рассматриваешь. Вот мало нам гистологии, так еще и здесь приходилось этим заниматься! И среди красных, фиолетовых и прочего лилового цвета кружочков надо было распознать не просто печень, а печень алкоголика, например! И зарисовать в свой альбом. В общем, чудесные моменты учебы! Слава мамонтам, на третьем курсе обещали облегчение. Там появятся клинические дисциплины, и можно будет применять ранее полученные знания на подопытных кроликах (зачёркнуто) добровольцах — живых людях.

В общем, я явилась с зачеткой к декану за допуском к сессии. Он даже привстал, бедняга, в своем кресле при виде того, как я протиснулась в кабинет, собирался, видимо, отбиваться от меня, если я вдруг кинусь к нему с лобзаньями, но я скукожила губки бантиком, придала лицу томный вид, протянула зачетку и ждала, пока мне поставят печать и отпустят с миром. Из всех слов было сказано только «здравствуйте, поставьте допуск, спасибо и до свиданья». После чего я развернулась и все также ужом выскользнула в благоразумно приоткрытую дверь. Я-то тоже опасалась нападения с лобзаньями, мало ли какие там мысли бродят в блондинистой голове.

Следующим моим этапом было посещение парикмахерской. Я заранее испытывала стресс при мысли, что мои торчавшие во все стороны волосы и уши обсмеют всем составом цирюльни, после чего я вынуждена буду годами посещать психолога и, лежа на диванчике, жаловаться на судьбу. Тьфу, в общем, а не перспективы. Но готовиться к новогодней ночи следовало уже сейчас. Мама угрозами вынудила меня дать обещание не возвращаться со старой прической, следовательно, я явилась в выбранный салон с мученическим видом и скорбно присела на диванчик, ожидая приговора, вернее, резкого похорошения отдельно взятой почти зомби.

Если честно, то напрасно я переживала. Парикмахер, симпатичный молодой человек по имени Антон, усадил меня в кресло, спросил, желаю ли я чего-то (я не желала), потом предложил довериться ему.

Хуже уже точно быть не могло, потому я вздохнула и кивнула. Испортить длину около 4-5см волос было просто нереально. Только если побрить налысо, но меня и таким не испугаешь. Если что, буду натирать шелковым платочком до блеска с утра и не переживать.

Но Антон удивил меня! Крутанув кресло к зеркалу, он встал позади и довольно улыбнулся мне, глядя в отражение, а я обомлела — на меня смотрела незнакомка с моим лицом. Это ж надо из того, что было, сделать то, что стало! Потрясающие умения! Мне даже захотелось заплакать от счастья и расцеловать всех, кто под руку подвернется, в первую очередь мастера, конечно.

— Желаю тебе чудесно повеселиться в праздники! — довольно улыбаясь, сказал он, провожая меня к выходу, а я, от все души поздравив его с наступающими, натянула шапку и шагнула на улицу.

Не было бы счастья, да несчастье помогло, как говорится! Когда б я еще решилась попробовать ультракороткую стрижку и прийти к выводу, что мне так идет даже больше, чем с косой? Никогда, наверное. Теперь даже отращивать не хочется, полгодика так похожу, а к лету решу, что делать.