Книга Чудовище без красавицы, страница 20 – Любовь Хилинская

Алина нехотя поднялась с кровати и кивнула.

— Идем, все равно хотелось бы побыстрее поговорить с Люциусом.

Они спустились по широкой лестнице в холл, где сейчас вокруг хозяина и его гостьи сейчас суетились слуги, принимая верхнюю одежду и предлагая перекус до ужина.

Застыв на нижней ступеньке, Алина прикусила губу, глядя, как лицо чудовища освещается улыбкой, едва он встречается глазами со своей спутницей.

Та оказалась не просто хороша собой, а невероятно красива – стройна, высока, с копной иссиня-черных волос, собранных в небрежную прическу с выбивающимися прядями, лицо ее было в форме сердца с красивыми дугами бровей, изумрудными глазами, персиковой кожей, а смех напоминал звон колокольчиков.

Алина и раньше никогда себя не считала красавицей, а тут и вовсе хотела развернуться и ретироваться, пока ее не обнаружили. Но опоздала.

— Добрый вечер! – окликнул Люциус, кивая и оглядывая всю ее нелепую фигуру в мешковатом платье неодобрительным взглядом.

— Добрый вечер! – негромко отозвалась женщина в ответ, спускаясь окончательно с лестницы и твердым шагом приближаясь к господарю Романдии. – Мне бы хотелось поговорить с вами.

Она намеренно проигнорировала спутницу чудовища, так как та стояла молча, чуть выгнув одну бровь и глядела иронично, скривив губы в какой-то презрительной усмешке.

— Непременно поговорим, – кивнул тот. – После ужина. А сейчас я бы хотел немного отдохнуть.

Подав руку изумрудной красавице, Люциус улыбнулся, отчего его суровое лицо вмиг преобразилось, и повел ее к лестнице, проигнорировав Алину.

Та стояла как оплеванная, ведь этому чудовищу, похоже, даже в голову не пришло представить ее, будто она была… служанкой!

Вечер можно было бы назвать томным, но в несколько ином смысле. Алина томилась, когда ж ее пригласят на ужин, однако, слуги все не являлись, а около восьми вечера принесли поднос с едой.

— Господин Гердфорт не ужинал? – холодным тоном поинтересовалась женщина, складывая руки на груди и слегка высокомерно глядя на полноватую служанку, которая с какой-то злостью шмякнула поднос на стол.

— Уединился со своей дамой, – сухо ответила та и удалилась.

Как назло, Алианна тоже куда-то запропастилась, и пришлось в одиночестве отдать дань трудам повара, который в этот раз превзошел сам себя. Хоть блюд было и немного – всего лишь жаркое из говядины, овощной салат и ягодный морс, но они оказались настолько вкусны, что Алине пришлось с сожалением вздыхать, когда со всем было покончено. Ну невозможно ж быть худой в таких обстоятельствах!

После того, как поднос унесли, она уселась в кресло и задумчиво полистала книгу, однако, сосредоточиться не удавалось. Мысли то и дело возвращались к Люциусу и его спутнице, которые сейчас, вероятно… Вероятно, были весьма увлечены друг другом. Слава богу, что стены здесь звуконепроницаемые, а то пришлось бы краснеть, как порой бывало дома при звуках любви соседей, порой ведущих себя словно мартовские кошки. В домовом чате как-то даже писали об этом с возмущением, но потом как-то привыкли и перестали обращать внимание, и только Алина чувствовала себя неловко почти каждое утро, встречаясь с той парочкой в лифте. И сейчас непроизвольно думала о том, что красивый своей особенной мрачной красотой хозяин здешних мест и его великолепная изумрудная спутница могут быть в постели. Конечно, для чего еще он привез эту женщину сюда? Не овец же пересчитывать!