Книга Чудовище без красавицы, страница 70 – Любовь Хилинская

Император был серьезен, глядя сверху вниз на нее. Его золотисто-карие глаза с вертикальным широким зрачком смотрели строго и чуть прищурено, каштановые волосы разметались в беспорядке, спадая на лоб, в области переносицы образовалась вертикальная морщина, говорящая о тяжелых мыслях.

— Вам говорили, что вы удивительно красивы? – хмуро спросил император, продолжая крепко держать Алину за руку чуть повыше локтя.

— Что? – хрипловато отозвалась она, пытаясь отступить на шаг, но тут же снова запинаясь и покачиваясь.

Эльфийское вино коварно действовало на российских женщин, заставляя их становиться пьяными и легкомысленными.

— Нет! – хихикнула она. – Не говорили.

Вместо ответа Ирман второй рукой прикоснулся к губам женщины, обведя их контур большим пальцем, отчего они чуть приоткрылись, будто приглашая к поцелую, чем и воспользовался мужчина, склонившись и накрывая пахнущий вином рот Алины своим.

Алина лежала с открытыми глазами и смотрела в окно на мягко шуршащий снег, огромными белыми хлопьями медленно спускающийся с неба на землю. В голове была странная пустота. Вернее, нет, была одна мысль – приснилось или нет. И именно она и привела к внезапному пробуждению ранним утром, едва часы показали шесть.

Светало. Солнце в этих краях зимой вставало рано, и вскоре наступал закат, драконья империя располагалась на севере, и по странному совпадению, климат здесь и смена времен года происходила почти по земному сценарию. Спустя четыре часа начнет темнеть, и наступит длинная зимняя ночь.

Так было что-то или нет? Или все приснилось? Эти вопросы прокручивались бесконечно. Можно было б заподозрить, что не было, так как голова после вина не болела, да и ощущение имелось, что выспалась, но ведь не могло ей такое присниться! Потому как ранее она Ирмана и не рассматривала как объект воздыханий! Все мысли сосредотачивались вокруг Люциуса, а теперь…

Алина позволила себе вновь погрузиться в странные воспоминания, которые то ли были правдой, то ли придумались в ее воображении – вот дракон склоняется и целует ее, губы его, теплые и мягкие, ласкают ее рот, языки сплетаются в каком-то странном ритме, ее руки против воли обнимают мужчину за шею… а дальше провал! Ну вот ничегошеньки!

На всякий случай Алина даже наличие трусов не себе проверила – мало ли! Но все было в порядке.

Пора вставать, наверное. И по поведению императора попытаться понять, все-таки поцелуй вчера случился или нет? И вообще, может, ей и совместное распитие вина и все остальное тоже приснилось? Вот же не было печали, как говорится!

Мысли о Люциусе вообще отступили на задний план куда-то, хотя крутилось в голове, что к нему можно пойти прямо сейчас, если верить тому, что ночью все же Ирман был в ее комнате и сказал, что нашел чудовище.

Но было отчего-то страшно. Одно дело – пикироваться с этим чудовищем на его территории ДО случившегося, и совершенно другое – встретиться ПОСЛЕ. И как она объяснит, что ее принес дракон? Надо обдумать все хорошенько, прийти к какому-то заключению, составить план. И вообще, разве сейчас это первоочередная задача? В условиях надвигающейся войны с теми же магами…

Нехотя выскользнув из постели, Алина быстро привела себя в порядок, уже привычным движением заплетая простую косу и связывая ее лентой, затем позвонила в звонок, вызывая служанку, чтоб помогла застегнуть платье, и спустилась в малую столовую, где обычно накрывали завтрак. Ирман, если ночевал дома, завтракал рано и отбывал по своим делам. Сейчас, как оказалось, он уже улетел, и во главе стола сидела Аранда, намазывая на хлеб масло.