Книга Настоящие бывшие, страница 78 – Любовь Хилинская

Развернувшись, я пошла в сторону своей ординаторской, легко ступая по керамограниту резиновыми тапками. В какой момент моя жизнь вдруг стала такой сложной? То никаких отношений, то вдруг такая махровая петля с тремя неизвестными.

И хуже всего то, что я, похоже, заново влюбилась в своего бывшего мужа. Иначе почему мне так больно видеть его с другой?

Утро следующего дня началось со сломанного ногтя. Я и без того обрезала их очень коротко, но сегодня второпях сорвала угол до крови и сидела на стуле в кухне, закусив палец и мрачно размышляя о наступившей в жизни черной полосе.

Слава мамонтам, судьба избавила меня от разговора с Николаем. Его мама решила-таки приехать в гости и сообщила об этом буквально за пару часов до прихода поезда. Внезапная какая женщина. Но от мыслей меня это все равно не спасло. Рано или поздно мне придется поговорить с ним, расставить все точки над i, и уже самой определиться, как дальше существовать.

На работу собиралась, сверкая лицом словно грозовая туча. Вроде, до месячных еще неделя, а у меня уже ПМС, и я хочу убить кого-нибудь особенно жестоким способом. Желательно, с расчлененкой и развешиванием органов фигурным способом на ближайших деревьях, как маньячина. Чьи кишки при этом я собралась наматывать на кулак, еще не решила.

Еще и такси задерживалось, и я безбожно опаздывала, от утреннего кофе придется отказаться, а это еще минус три к настроению.

В холл клиники ворвалась в восемь пятьдесят семь, оставалось три минуты до начала рабочего дня. Нажав кнопку лифта, я замерла, слыша, как за моей спиной открылась входная дверь, впуская кого-то еще, чуть повернула голову, чтобы поздороваться, и обомлела — к лифту шли те самые люди, чьи кишочки я б с удовольствием перемотала вокруг их шей — Елена свет Ивановна под ручку с Тимофеем — чтоб его приподняло, да шлепнуло — Ярославовичем.

— Здравствуйте! — пропела блестящий менеджер, подойдя ближе и глянув на меня сверху вниз с высоты своего гренадерского роста.

— Здрасте, — мрачно буркнула я, мечтая, чтоб она прямо сию секунду провалилась в преисподнюю.

— Доброе утро, Елизавета, — прогудел Тимофей, останавливаясь в паре шагов от моей спины.

Нет, каков крендель, а! В Корее был готов наизнанку вывернуться, говорил мне такое, что приличной женщине не говорят, а теперь стоит, словно английский лорд на коронации.

Дверцы лифта мелодично звякнули и открылись. Механический женский голос сообщил, что прибыл на первый этаж, и я шагнула в зеркальное нутро первой, нажав на нужную мне кнопку и вынимая телефон из кармана.

От Коли пришло сообщение в мессенджер.

«Привет, красотка! Соскучился по тебе страшно! Надеялся, что ночь будет жаркой, вместо этого провел ее на вокзале в компании бомжей. Готов реабилитироваться, и ко всяческим непотребствам, что твоя душенька изволит со мной проделать».

Покраснев, я пробормотала «дурак» и сунула телефон в карман, задев сорванный ноготь и резко выдохнув.

Поднимая глаза, я уже осознавала, что позади меня стоит Тимофей, и была почему-то уверена, что он прочел сообщение, а по его потемневшему взгляду поняла, что угадала. И чего ты злишься, дурашка? Ты пришел в компании супер-женщины, явно ж вы не на парковке встретились за три минуты до начала рабочего дня.

Наконец, двери лифта раскрылись на моем этаже, и я выскочила, широко зашагав к раздевалке, чувствуя шеей обжигающий взгляд, направленный в меня. Ну уж нет, Левонский, нет надо мной твоей власти!