Онлайн книга «Осколки»
|
— В порядке, — отвечает Ник, и добавляет, обращаясь, видимо, к Шону: — А ты не можешь делать это дерьмо быстрее? Внезапно перед глазами возникает белая вспышка, и тут же все вокруг погружается во тьму. В ушах металлически звенит, а голова начинает раскалываться от боли. Сжав ладонями виски, я закрываю глаза и крепче вцепляюсь в волосы, но это не помогает. Медленно сползаю по спинке кресла, как тающая свеча. А потом слышу крик у себя в голове. Кричу я… Осколок 3. Фотография Я кричу изо всех сил, но с губ не срывается ни звука. Сердце колотится так, будто сейчас задымится. Перед глазами мелькают провода и толстые иглы. Я отчаянно пытаюсь вырваться, но не могу. Секунды, минуты, часы — время затягивает в темные топи, и я тону, погружаясь все ниже под воду. Она смыкается над головой, смертельной отравой проникая в разум. Глубже и глубже. Чьи-то руки трясут меня за плечи. — Виола, с тобой все в порядке? Словно металлический дождь, предметы с резким звоном падают на пол. Стекло разбивается, разлетаясь на сотни осколков. Шум оглушает на секунду, ударяет по ушам. Звук приносит боль, будто пытается залезть под кожу, проникнуть в кости и разрезать сознание на тонкие ленты. Глухие удары отражаются от стен, покрытых белой керамической плиткой. Я пытаюсь пошевелиться. Но не могу. На запястьях широкие кожаные ремни. Перед глазами вспыхивает образ: седеющий мужчина в военной форме. Внутри поднимается паника. Он собирается причинить мне боль. Он уже причинял мне боль раньше. Не могу объяснить, но я это точно знаю… Не могу сбежать… Не могу… — Виола! — Посмотрите в аптечке, там был нашатырь. Дождь. Стук разбивающихся о бетон капель. Звук хлыста. Все внутри сжимается. Я падаю, падаю, падаю… — Виола! А потом становится тепло. Я в безопасности. Дома. Чьи-то руки гладят мое лицо, губы касаются нежно. Тонкие, длинные пальцы обхватывают запястья. Я касаюсь подушки щекой, проваливаясь в воздушные облака. Кто-то шепчет мое имя… — Дыши, просто дыши, — чей-то низкий голос пытается вывести из забытья. — Сейчас станет легче. — Уводи ее, быстро! Арт, помоги мне! Сознание трескается, расходится по швам, превращаясь во вспышки холодного света и боль. Как же больно! Комок раскаленной стали взрывается у меня в висках, и сотни металлических игл вонзается в голову. — Хватит! Хватит! Хватит! — умоляю я. Пусть это прекратится! Я бегу по коридору, не оборачиваясь. На потолке отчаянно мигают лампочки, мерным треском создавая белый шум, и мне хочется разодрать кожу, чтобы только избавиться от этого звука. Толкаю со всех сил тяжелую металлическую дверь, она со скрипом открывается, и мир заливает солнечный свет… — Виола, посмотри на меня! — Я с трудом разлепляю глаза. Надо мной нависает Шон, удерживая за плечи. — Ты меня слышишь? Его сильные руки трясут мое тело, словно шёлковый платок на ветру, и я пытаюсь произнести сухими потрескавшимися губами: «Хватит». Потому что хочу только одного — чтобы меня не трогали! Чтобы никто не прикасался ко мне! Свет от висящей на потолке люстры совсем тусклый, но даже он ослепляет, и я крепко зажмуриваюсь, спасаясь от жжения в глазах. С губ слетает тихий, почти не слышный стон, и Шон, опускаясь рядом со мной на колени, аккуратно кладёт руку мне на голову, прижимая к своей груди. Его сердце бьется так громко, что я чувствую стук щекой. |