Книга Фантом, страница 148 – Виктория Побединская

«Отсутствие побочных эффектов и совершенно безболезненное подключение…» — рассказывает приятный женский голос.

Я крепче сжимаю ладонь Ника.

Изображение на экране не прерывается, но вдруг его перебивает другое — более сильное, от которого хочешь — не хочешь, не закрыться… Потому что оно не перед глазами — оно прямо в твоей голове.

«Завтра я, наверное, умру», — выводит чья-то рука медленным почерком. «За время существования проекта погибло сорок пять человек», — понурив взгляд, докладывает Торн.

Сначала зрители замирают, зачарованные поворотом представления. По залу проносится возбуждённый вздох ожидания.

Вот и все! Сейчас за нами придут!

— Что происходит? — выкрикивает кто-то.

Хватаясь за головы, на белых койках корчатся от боли четверо парней. Некоторые из них кашляют, извергая кровь. Их ладони окрашиваются в красный цвет.

— Я не буду принимать эту дрянь! — кричит кто-то.

— Побочный эффект пройдет через шесть-восемь часов. Вам просто надо перетерпеть, ребята.

Толпа в ужасе начинает колыхаться, как морская пена.

Одновременно на цифровом экране ухоженная блондинка продолжает рассказывать о последних достижениях военной медицины.

В голове же я вижу Рейвен, вырывающуюся, кричащую. Я не знаю, запись ли это с камеры или чье-то Эхо. Двое санитаров пытаются оторвать ее от постели Ника. Она бьет его по щекам, заливаясь слезами и крича: «Вспомни же, ну вспомни, Ник!»

Я сжимаю руки в кулаки, пока не чувствую боль.

Официальная презентация продолжается. Съемка с воздуха показывает эффект от спасительных операций в африканской деревне. Босоногие дети благодарно машут в камеру.

И тут Ник показывает самый жуткий из своих кошмаров. Мальчика в запертой комнате и задание, которое он не смог завершить. Воспоминание оканчивается детским потухшим взглядом, из которого медленно утекает жизнь.

А потом резко свет гаснет. Наступает тишина. Люди крутят головами в непонимании.

Кровавая лента тянется вдоль проходов, подползая к ботинкам. Поднимается по ногам выше. Люди кричат, стараясь стереть с себя кровь. Но стереть ее невозможно. Это ведь Фантом. Хочешь ты или нет, каждого в этом зале накрывает волной страданий, боли и безысходности. И топит в ней.

Развлечение перерастает в панику.

Ник же настолько сосредоточен на Фантоме, что даже не замечает, как сквозь толпу, не обращая внимания на возмущённые крики и расталкивая гостей, к нам прорываются солдаты.

— Стоять! — кричит один из них, указывая рукой в нашем направлении. И когда я уже думаю, что это конец, первая тройка падает как подкошенная.

— Нифига! — довольно произносит Артур. В его руках заряженный транквилизатором пистолет.

Охрана по периметру зала пытается вытолкать ненужных зрителей прочь, но те, все еще сражаясь с кровавым Эхо, словно впали в прострацию — в ужасе пытаются стереть с себя красные следы.

Двери позади нас открываются, и целый дивизион солдат колонной врывается в зал. Мое сердце замирает. Потому что следом за ними идет отец.

Ник отталкивает меня в сторону. Я даже не вижу, на кого падаю. Раздается треск рвущейся ткани, кто-то взвизгивает. Первым он вырубает двух парней, не старше восемнадцати. Они падают и не поднимаются больше.

Окружающие нас люди моментально рассыпаются в стороны, создавая импровизированную арену. Кто-то хватает меня сзади. Не задумываясь ни минуты, я бью затылком по лицу захватчика, тут же вырываюсь на свободу. Все превращается в хаос.