Книга Как приручить училку, страница 63 – Ульяна Романова

И сегодня я намерен во всем досконально разобраться. Любыми способами!

Арина

Наш кортеж сильно смахивал на президентский. Вряд ли Барсовы решили выпендриться: что-то подсказывало, что для них это норма – ехать куда-то в сопровождении двух машин охраны на черных внедорожниках. В одной из них я успела заметить тех двоих, которые пару часов назад «развлекали» меня у здания аудиторской фирмы.

Боже, прошло всего несколько часов, а мне казалось, что месяц. Столько событий в один день моя психика отказывалась обрабатывать, и я ушла в блаженный анабиоз.

Почти ушла. Если бы не одно «но»: я волновалась за Рината. Очень. Здравый смысл и количество охраны говорили обратное, но тревога никуда не уходила, а я поймала себя на мысли, что мне его не хватало. Рядом. Бубнящего глупости, с его вечной «Родионовной», читающим стихи Пушкина и просто временами раздражающим.

Мне неожиданно стало холодно без него. И страшно.

Страшно оттого, что пару месяцев назад я уснула в одной реальности, где у меня была семья, любящий муж, перспективы, планы… А проснулась в той, где мне приходилось ехать с двумя машинами охраны неизвестно куда, а мой бывший студент решал мои проблемы.

И чем дольше мы ехали, тем сильнее меня знобило. Зубы отбивали задорную дробь, губы дрожали, а кончики пальцев похолодели и онемели.

Странно, но, когда Ринат маячил поблизости, такого не было. Он был тем столпом спокойствия, добавляя острой приправы, капельку безуминки, которые не позволяли скатиться в банальную панику.

Лукерья, сидящая справа на заднем сиденье внедорожника охраны Барсовых, протянула руку и взяла мою ладонь в свою. Сжала, молчаливо поддерживая. И добавила:

— Я не могу помочь, но могу выслушать.

— Я, кажется, расклеилась, – призналась я, откидываясь на спинку сиденья. – Знаешь, я всегда считала себя сильной женщиной, умеющей контролировать свои эмоции, а сейчас мне все сложнее справиться с собой. Хочется забиться в угол, закрыть глаза и забыть обо всем.

— Я не знаю точно, что у тебя случилось, но я знаю своего мужа и знаю Рината. И уверена: завтра у тебя начнется новая жизнь без старых проблем, потому что сегодня они все решат.

— Ужасно, что Ринату приходится решать мои проблемы, – вздохнула я.

— Я тебя понимаю. Мне было очень сложно привыкнуть к тому, что Эмиль все проблемы решает одним звонком, и его для них в сущности не существует. Я же все привыкла делать сама и ни на кого не надеяться. Но сама бы ты не справилась, верно?

— Верно, – согласилась я.

— Прими это как подарок судьбы. И присмотрись к Ринату. Я правду говорила, что он все это время о тебе вспоминал. Я сегодня была очень удивлена, когда увидела вас в офисе.

— Я слышала, – криво усмехнулась я и засомневалась: – Мы с Ринатом из разных миров.

— Ты говоришь это детдомовской девчонке, которая десять лет ненавидела человека, которого сейчас до умопомрачения любит, – улыбнулась Луша.

— Боже. Прости, ты в положении, а я все на тебя вывалила.

— Я беременная, а не больная, Арина, – смешно возмутилась Лукерья, – и хочу знать все. Расскажи. Во-первых, станет легче, а во-вторых, скоротаем время, пока мужчины не вернутся.

— Я не хочу тебя волновать.

— Я от неизвестности волнуюсь намного сильнее.

Я сделала глубокий вдох и начала свой рассказ. О муже, о нашей жизни, о том моменте, когда все сломалось.