Книга Свадьбы не будет, страница 37 – Ульяна Романова

Я с трудом подавила порыв показать ему средний палец и указать подробное направление движения подальше от моей подруги, но Нина гордо развернулась, подхватила своего жениха под руку и молча ретировалась.

Я топнула ногой от переполняющих эмоций и решилась. Никогда так не делала, но это уже ни в какие ворота не влезает.

Достала мобильный и набрала номер своего крестного.

— Сенька, здорово! – гаркнул он так, что я присела.

— Игнат, мне нужна помощь.

— Что? Опять Анфису с ее травками наши приняли? – засмеялся он.

— Нет. Игнат, помоги! Кажется, я встретила мошенника и брачного афериста.

— Та-а-а-к. Кто такой? – мгновенно среагировал дядя. – Имя, адрес, фото, все, что есть, мне на почту.

— Называет себя Василий, фото сейчас пришлю, – обрадовалась я.

— Жду, – отрезал Игнат.

Я отключилась, нашла в соцсетях Ниночки фото счастливого Василия и отправила Игнату в мессенджер.

Спустя пять минут он перезвонил и рявкнул:

— Через час чтоб была у меня на работе. Пропуск закажу, дежурному скажешь, что ко мне.

— Все так серьезно? – напряглась я.

— Я жду, Есения, – отрезал он.

И куда эта кулема умудрилась вляпаться?

Я почти бежала к остановке, перебирая в уме, кем может оказаться Василий и почему Игнат так разнервничался, когда увидел его фото.

Мне повезло – нужный автобус приехал, стоило мне только подойти, и спустя сорок минут я уже входила в здание полиции.

Лев

Я проснулся оттого, что кто-то ржал – прикрывал рот рукой и, похрюкивая, не мог остановиться. Приоткрыл один глаз, потянулся, вытянул ноги, которые свешивались с маленького потрепанного дивана в нашем кабинете, и грозно рявкнул:

— Че вы ржете, кони? Мать вашу, я сутки не спал, дайте подремать еще.

Мот вытирал слезы от смеха, а Кирюха с хитрым выражением на морде поднял со стола обычный лист формата А4 и протянул мне новое произведение искусства.

Я пригляделся и поднялся.

— Кирюха, кулак тебе в ухо, заканчивай с живописью.

— А мне нравится, – захлебываясь от смеха, сообщил мне Мот.

Я скрипнул зубами, рассматривая карикатуру, на которой был изображен лев с моим лицом, сидящий на попе и испуганно прикрывающий передними лапами мужское достоинство. А к нему бежала полторашка с кустом крапивы и Добермасик с ножницами.

Пацаны всю неделю не могли успокоиться после того, как в прошлую субботу Леха притаранил досье на родную младшую сестру Игната Борисовича Анфису, ее мужа и их общую племянницу Есению. Она же полторашка.

Алексей был очень удивлен моим интересом и на всякий случай поинтересовался, нахрена я копаю под Добермана. Я был обескуражен не меньше по двум причинам: во-первых, мы с братом лоханулись, и полторашка никакая ни Анфиса и даже не астролог, а действительно логопед-дефектолог в детском развивающем центре. А во-вторых – она племянница старшего оперуполномоченного и моего непосредственного начальника Токарева Игната Борисовича. Я тогда еще часов пять выражение лица в порядок привести не мог. Так перекошенный и ходил.

Но несколько вопросов так и остались без ответа. Логически объяснить, почему Есения нас с братом не переубеждала, что именно она Анфиса, было можно. А вот крик души «Мужик, приди!», да таким голосом, словно они Сатану призывали, я объяснить не мог. Точнее, мог, конечно, но выходил бред.