Книга Разведен. Влюблен. Опасен, страница 43 – Ульяна Романова

— Свадьба.

Я развернулась в ту сторону и улыбнулась.

Действительно, в нескольких метрах от нас остановилась компания молодых людей, которые гуляли свадьбу. Возможно, они были как мы когда-то – такие же наполненные счастьем, но с пустыми карманами.

Невеста была одета в белый сарафан с глубоким вырезом, жених – в обычные джинсы и белую футболку. Гости тоже были кто во что горазд, но всех объединяло одно – радостные улыбки и безудержное веселье.

Они шумели, открывая шампанское, и громко кричали «Горько».

Я поднялась на ноги, с легкой тоской и белой завистью глядя на них. И искренне желала, чтобы их история закончилась в глубокой старости в окружении детей, внуков и лучших друзей.

Невеста улыбалась и ластилась к жениху. К груди она прижимала обычный букет из полевых цветов.

Кажется, невеста собралась его бросать, судя по тому, что стайка девушек собралась в кучку и скрыла парочку из нашего обзора.

Я не заметила, как Кирилл встал рядом, и не смогла посмотреть ему в глаза. Опустила голову, собираясь ретироваться, но…

Я действовала на автомате. Заметив, как в воздухе что-то мелькнуло, дернулась в сторону, а Кирилл продемонстрировал хорошую реакцию и…

Поймал букет невесты, который летел прямо в меня.

Все гости дружно обернулись к нам, обалдевший Кирилл протянул мне букет, а какой-то умник из компании не иначе как от большого ума и сильного подпития заорал «Горько!»

А другой умник как-то забыл в тот момент, что мы решили быть друзьями, опустил ладонь на мою шею, притянул к себе и поцеловал.

И поцелуй этот дружеским нельзя было назвать даже с очень большой натяжкой!..

Горячие и такие до боли родные губы порабощали мой рот, нахальные ладони бывшего мужа легли на мою пятую точку, болезненно сжимая, а в живот впивалось доказательство того, что он был очень возбужден.

Я сама льнула к нему, стараясь прижаться еще теснее… И еще… Хотелось впитаться в него целиком, пропитаться его запахом, подольше продлить вкус его злого и порабощающего поцелуя.

Низ живота болезненно ныл, я была мокрая насквозь, а Кирилл, почему-то уже без одежды, прижал меня к стволу дерева и вошел. Целиком.

Нам было плевать, что рядом есть люди; все звуки стихли, кроме его горячего дыхания и шума крови в ушах.

…Я резко распахнула глаза, тяжело дыша. Лоб покрылся испариной, я вся была мокрая и крайне заведенная.

Третий раз! Я в третий раз просыпаюсь от этого чертового сна! И ни в одном из них я не получила долгожданной разрядки!

Меня трясло мелкой дрожью, пока я пыталась дотянуться до мобильного, чтобы посмотреть, который час. Этот день и эта ночь казались мне бесконечными!

Может, стоило прислушаться к совету сестры пару лет назад и найти себе парня «исключительно для здоровья»?

Проблема была в том, что «для здоровья» я не могла, а «для души» мне никто не подходил. Никто, кроме нахального бывшего мужа, который вчера, ни капли не сожалея, оправдывался тем, что «сказали „Горько!“, а у него, видите ли, рефлексы. Приказ дан – надо выполнять! И дружить нам это не помешает, и куда ты, Саня, я с тобой, да что за упрямая женщина, подумаешь, поцелуй, мы раньше и не таким занимались…»

Наконец я нащупала мобильный под подушкой. Пять утра! Потрясающе!

Кряхтя, я поднялась с дивана в гостиной, где квартировала все время, что жила у сестры, и потопала в душ.