Книга Я не дам тебе уйти, страница 54 – Ульяна Романова

— Очень, – согласилась я.

Андрей выдержал паузу и заговорил. Спокойно и уверенно.

— Ладно, слушай. Папа был от него не в восторге, мы оба это знаем. И когда нам позвонили из больницы и сказали, что тебя сбила машина и у тебя случился выкидыш, мы тут же поехали к тебе. Ты же ни мне, ни отцу не призналась, что беременна. Батя тут же все выяснил. Ты бежала к своему любовнику, когда случилась авария. А уже в больнице мы нашли твой телефон и видели то его сообщение. Капацкий правда был тогда в больнице. Но он сам не поднялся в палату, когда ему сказали, что ты потеряла ребенка. Сам, Регина, разве его можно было остановить, если бы он действительно захотел к тебе? Он бы ночью мог прийти, на следующий день. Почему не пришел, как ты думаешь?

Сердце замерло в груди от уверенного тона Андрея.

— Беги от него, Регина, слышишь! И если те мои доводы для тебя ничего не значат, но ты очень хочешь знать ВСЮ правду, то я скажу. Папа предложил ему денег, чтобы Капацкий оставил тебя в покое. Большую сумму, малая, очень большую. С условием, что он больше никогда не появится в твоей жизни. Он продал тебя, сестренка, тогда, десять лет назад. И сейчас продаст.

— Ты врешь, – выдавила я, не узнавая свой голос.

— Я счастья тебе хочу. Разводись с Владом, раз так хочется, но, Регина, когда Капацкий снова тебя продаст – ко мне не приходи. Хотя, уверен, Влад и это сожрет, еще просить будет вернуться. Задай себе вопрос, почему твой герой-любовник ни разу за десять лет не давал о себе знать? И появился, только когда умер папа. А когда решишься уехать – позвони мне, я тебя заберу. И отвезу, куда скажешь. У нас с тобой, кроме друг друга, больше никого нет. Хочешь – переезжай ко мне?

Я не выдержала и отключилась. Отбросила в сторону телефон, словно он раскалился добела, и обессиленно упала на подушку, прижав колени к груди. Сердце заныло в груди, снова обливаясь кровью. Меня будто в кипяток окунули.

Андрей бил по больному. Сколько раз я задавалась этим вопросом – где Ваня был десять лет? Почему никак себя не проявил?

И новые воспоминания, свежие. Как он смотрел на меня тогда, в магазине, забирая несчастный кактус, как пришел за мной домой к Лизе, как просил переехать к нему. Как любил этой ночью, жадно и щемяще нежно.

А еще – собственные чувства. В тот момент я четко поняла – я без него не могу. Никак. Не было больше гордости, я забыла о чувстве собственного достоинства. Только бы он не уходил больше. Я не могла поверить, что тот Капацкий, которого я знала и любила десять лет назад, меня продал. Просто не могла. Это было за гранью моего понимания.

Но как бы мы с Ваней ни пытались начать все с чистого листа, наше прошлое все равно больно било по больному, вмешиваясь, колючей проволокой переплетаясь с настоящим. Слишком много тайн и недомолвок хвостом тянулось за нами. И мне нужно было разобраться, узнать правду и отпустить – чтобы жить дальше. С тем, кто стал моим воздухом… Столько, сколько получится…

Иван

Уходил из дома, а в груди словно дыру выжгли. Печенкой чувствовал, что нельзя. Но, мать вашу, надо. Я не мог в тот момент все бросить и остаться с Региной. Нужно было разобраться, подчистить все хвосты и разгрести проблемы, которые разрастались как снежный ком.

Нашел в почтовом ящике ключи от своей машины, а саму тачку на стоянке. Мысленно поблагодарил Саню за помощь и поехал в отделение.