Книга Ты теперь не одна, страница 49 – Ульяна Романова

Только спустя два года я поняла, что мои истерики делают только хуже. Я пыталась говорить с отцом, но у Дани всегда был запасной план и хороший выбор аргументов, чтобы убедить папу в том, что я обычная избалованная девчонка, которой просто скучно сидеть дома. А тот, кто хоть как-то мог повлиять на отца — мой старший брат Влад — к тому времени уже давно и счастливо жил в Лондоне.

Год назад Даня сам решил предложить мне «взаимовыгодное сотрудничество». Буднично сообщил, что я ему подхожу, и он готов на мне жениться. Я в ответ плеснула ему в лицо соком из стакана. А спустя два месяца меня отвезли в психиатрическую клинику с диагнозом «Прогрессирующая шизофрения».

Мне повезло. Один из докторов — молодая женщина по имени Мария — мне поверила. Заменила сильнодействующие препараты на витамины, и как-то ночью вывела за ворота, вручив мои документы и небольшую сумму денег. Их хватило на пачку краски для волос, билет на автобус и на то, чтобы не умереть от голода в первые недели, пока я искала жилье и работу.

И вот меня снова везут в родительский дом. Везет тот, кого я ненавижу черной, всепоглощающей, обжигающей ненавистью. Мой личный монстр.

Углубившись в воспоминания, не заметила, как мы проехали через массивные кованые ворота на территорию родного дома. Первое, что бросилось в глаза — стая доберманов, спокойно прогуливающихся по территории. Значит, мою клетку охраняли теперь еще и собаки.

Стоило машине остановиться, как на крыльцо выбежала мама. Не дав мне толком выйти из машины, заключила в объятия:

— Леся, дочка, ну что же ты? Мы с отцом чуть с ума не сошли!

Моя мама — самая красивая женщина из всех, кого я когда-либо встречала. Она всегда была яркой настолько, что отец даже по истечении двадцати трех лет совместной жизни в ней души не чаял. Но сегодня она выглядела изможденной, заплаканной и не желала выпускать меня из объятий. А я… Я словно замерзла. Окаменела, видя перед собой каменный забор с железными штырями. Наблюдая, как охрана подзывает собак и уводит на задний двор.

— За что нам такое наказание? Теперь еще и бродяжничество, да?

— Прости, мам. Я больше так не буду, — выдавила я.

Следом во двор выскочил отец. Он подбежал к нам и обнял обеих.

— Пойдемте в дом, Лиза, Леся. Дочка, как ты? Где ты была?

Потом отец подошел к Колоскову и крепко пожал ему руку, благодаря за то, что нашел меня…

Макс

За окном была уже глубокая ночь, а мы до сих пор находились в кабинете Дэна, решая, что делать.

Несколькими часами ранее мы всей командой поехали за Лесей на работу, чтобы она познакомилась с Дэном, чтобы потихоньку начала привыкать к постоянному присутствию кого-то из нас рядом, но… Мы опоздали. Колосков увез ее днем…

От убийства личности, причастной к этому, меня удержали только парни. Но директор охранного агентства, чьи подчиненные обязаны были меня предупредить, если с Лесей будет происходить что-то странное, а также бариста Антон, который и сдал Лесю Колоскову, мне еще ответят. Как только я ее найду и верну, а Антон сможет нормально ходить.

Оказалось, он случайно увидел ее фото на сайте по поиску без вести пропавших, где говорилось, что за любую информацию о местонахождения Леси будет выплачена большая награда. И Антон, обозленный, что Леся выбрала меня, а не его, решил ее продать… И он даже получил награду, которая теперь очень ему пригодится. Лекарства дорогие, а в травматологии ему лежать еще долго.