Книга В тебе до капли растворюсь, страница 153 – Ли Беннетт

Оставшийся путь мы провели в тишине, каждый думая, как поступить, чтобы спасти Алису. Ведь было ясно, что её похитили именно из-за моих действий. То, чего я боялся больше всего, случилось. И я за это себя ненавижу!

Прибыв на место, где прослеживалась последняя локация Алисы, мы, конечно, ничего не обнаружили. Кроме её разбитого телефона, который валялся на тротуаре.

Опрос свидетелей займёт время, как и получение и обработка видеозаписей с ближайших магазинов. Но отчего-то я уверен, ничего точного нам никто не скажет. Однако не попробовать было бы глупо. Всё же, мне нужны будут доказательства, чтобы прижать эту сволочь к стене и собственноручно задушить.

От мыслей меня отвлёк звонок моего мобильного, который я услышал из приоткрытой двери в микроавтобусе. Удивительно, после такого полёта он всё ещё жив.

На экране появилась надпись, которая гласила, что мне звонит аноним. Я понимал, кто хочет со мной разговора. И я молча поднял трубку.

— Дорогой Громов, — звучит в динамике прокуренный голос Хасана, — Я ведь тебя предупреждал, да?

— Где Алиса? — я стараюсь изо всех сил сдержать ярость, но выходит плохо. Я буквально выплёвываю эту фразу в телефон.

— О-о, Гром потерял свою лису? — слышу мерзкий смех, — Что ж ты так неосторожен был, м? Я тебе сочувствую, наверно...

— Я убью тебя, Хасан, если ты её хоть пальцем тронешь.

— Да-да, всенепременно, — хриплый смех, переходящий в кашель, был особенно ужасен, — Я же не просто так тебе говорил не лезть туда, куда не следует... За все свои поступки нужно нести ответ. Кто ж тебя просил лезть в мою лабораторию? Ещё и товар весь увёз... Ай-ай-ай.

— Что ты хочешь?

— Хм, хороший вопрос... Но готов ли ты на такой риск? — я прям перед глазами вижу его ухмыляющуюся рожу, в которой с удовольствием оставлю пару десятков дырок от пуль.

— Говори, Хасан, не тяни.

— Что ж, видимо, самое время проверить, насколько тебе дорога наша прекрасная лисичка...

Алиса

Приходить в себя было очень тяжело и, если честно, немного страшно.

Приоткрыв глаза, я обвела взглядом место, в котором находилась. Было темно, но некоторые очертания предметов я смогла разглядеть.

Я была в маленькой комнате.

Нет, не так.

Я была в маленькой камере. Холодной, тёмной и сырой. В левом углу стояла какая-то миска, чуть дальше от неё стоял невысокий деревянный стул. Ну и, собственно, решётка, которая отделяла мою камеру от общего помещения.

Я связанна и подвешена за узел рук на крюк, что крепился под потолком. Пошевелить ими не могла, так как даже их не чувствовала. Так же, как и связанных ног. Я стояла на коленях, удерживаемая тем самым крюком под руки.

На мне лёгкое платье, на котором практически нет целого кусочка такни и участка, что не был бы пропитан моей кровью. На самом деле — зрелище жуткое. Всё тело нещадно ныло, а при каждом движении резкой болью отдавало в правое подреберье.

Неужели мне сломали рёбра? Во рту привкус железа. Сколько же надо мной издевались? Сколько я тут нахожусь уже? Никаких окон или дверей, через которые мог просочиться солнечный свет. Какое время суток? Практически кромешная тьма и тишина.

Так, ладно, надо сосредоточиться и придумать, как отсюда выбраться.

Я начинаю аккуратно и очень медленно пытаться двигать конечностями. Сначала не было никакой реакции, но спустя время я почувствовала первые движения пальцев ног.