Книга В тебе до капли растворюсь, страница 19 – Ли Беннетт

Я плавно поворачиваю голову в сторону голоса и замираю, попадая в плен плен голубых, обромлённых светлой зеленью, глаз. Тех самых, что сводили с ума, которые пленил меня ещё там, на танцполе, а сейчас и подавно не дают шансов даже выдохнуть.

Он делает шаг ко мне, прижимаясь почти вплотную.

— Михаил, — шепчет мне на ухо, вызывая мириады мурашек по всему телу.

Вдыхаю слегка терпкий аромат его парфюма и понимаю, что плыву.

— Алиса, — выдаю на выдохе, закусывая нижнюю губу практически до крови, пытаясь себя отрезвить. Бесполезно.

— Так вот ты какая, — почти мурчит, обдавая мою шею и ушко горячим дыханием, — Лиса-Алиса.

Михаил

Эта неделя выдалась совсем тяжёлой.

Алиев в который раз умудряется уходить от следствия. Этот сучёныш распустил свои щупальцы по всей Москве. И, конечно, посиделки в бане с депутатами, делёжка одной шлюхи на двоих — даёт свои плоды.

Хасан Алиев хитрожопый старый чёрт, который в девяностые удачно крутнулся, нашёл нужные связи и теперь катается в шоколаде. И ладно бы, пусть и катается, не не жалко, если бы не одно но.

Я точно знаю, что именно с его лёгкой руки пошло распростанение "смайла". Новый синтетический наркотик, который аналогичен ЛСД, только приходы у них намного мощнее. И, если с ЛСД ещё есть возможность слезть с минимальными последствиями, то со смайла — нет. Тут зависимость, как от героина.

Самое страшное, что этот смайл приобрел широкую популярность среди столичных студентов.

Всё то время, что я веду это дело — все ниточки ведут именно к Алиеву. Правда не к старшему, а к младшему. Тиграну Алиеву. Он студент последнего курса московского коммерческого универа.

Ушлый, сука, весь в папочку. Но чист. Сейчас, ни на него, ни на отца нет ничего. Очень хорошо за собой подчищают. Ничего, я доведу это дело до конца. Такие мрази не должны спокойно разъезжать на бентли, кушая мидии, пока молодые ребята пачками гибнут из-за этой дряни.

Мои размышления прерывает стук в дверь

— Войдите, — говорю спокойным тоном

Дверь открывается, впуская крепкого мужчину в форме

— Товарищ майор, разрешите?

— Разрешаю, — киваю, указывая на кресло напротив меня, — Рассказывай. Кофе будешь?

— Нет у меня хороших новостей, товарищ майор, — понуро сообщает мне капитан Волконский, — Как в воду канул. И никаких следов! Но он же должен хоть раз проколоться!

— Должен, — соглашаюсь флегматично, — И проколится, нам нужно подумать над тем, что его может спровоцировать... - завариваю себе кофе, — Так что на счёт кофе?

— О, с удовольствием, — вздыхает, — Премного благодарен

— Перестань, — отмахиваюсь, — Так, я перебрал много разных вариантов наших дальнейших действий и только один мне кажется сейчас оптимальным.

— Какой?

— Мы должны приостановить это дело, — заявляю смело, на что парниша аж поперхнулся

— Чего? Вы меня, конечно, простите Михаил Викторович, но... - начинает, но я не даю ему закончить фразу

— Я понимаю, что ты хочешь мне сказать, — улыбаюсь, — И я с тобой согласен. Но нам действительно нужно приостановить дело. Но с одним «но»

— Каким? — хмурится Сашка

— Саш, то, что у нас крыса — мы с тобой оба понимаем, да? — капитан кивает, — А значит и информацию о приостановке тоже сольёт. Но мы только номинально снимамем с этого семейства наблюдение. А так, всё останется в штатном режиме. Только люди наши сменятся. Я отберу других, чтобы не было сомнений. И когда сынок в очередной раз закутит и подведёт Хасана, я буду рядом. А значит, оба сядут. Доказательная база уже есть. Но чтобы её применить нужно поймать на горячем.