Книга Наше шаткое равновесие, страница 26 – Мария Высоцкая

— Что за бред?

— Да это я так. Он женат, кстати, это тебе… для сведения.

— Спасибо за заботу.

— Жень, не дуйся, я же как лучше хочу.

— Ага. Спасибо.

Подрагивающими пальцами сжимаю руль. Что это было? Зачем она все это делает? Не понимаю. Неужели ей это доставляет такое сильное удовольствие? Она так неожиданно вновь появилась в моей жизни. Она, Игорь… если еще и Алла всплывет, пиши пропало.

Чтобы отвлечься, набираю Ромку, который должен был прилететь сегодня утром.

— Привет, Жень.

— Привет, не отвлекаю?

— Не. Что-то хотела?

— Да. Мне нужны отчеты по «Бархату», сказали, что ты себе все забрал.

— Да, пытался вникнуть, где левачат.

— Понял?

— Не-а. Ты, если хочешь, заезжай, я как раз дома.

— Блин, за город к тебе тащиться… ладно, приеду…

— Жду.

На выезде из города немного разгоняюсь и налетаю на гаишников. Толстенький мужчинка с жезлом приказывает прижаться к обочине, что я и делаю.

— Капитан Фролов, — отдает честь, — Ваши документы.

— Здравствуйте. Сейчас, — копаюсь в сумке.

— Зачем же нарушаем? Знак не видим?

— Какой знак?

— Вы со скоростью какой ехали? Девяносто, а здесь не больше сорока можно.

— Не было здесь никакого знака.

— Вчера не было, а сегодня есть. Две недели уже как стоит, девушка. Максимальная скорость на этом участке — сорок километров.

— Что за бред?

— Не бред, не бред. Так, выйдите из машины. Багажник откройте.

— Не имеете права.

— Чего? Девушка, вы, кажется, нетрезвы. Антон, мы в трубку дышать будем. Тащи. Давайте, смелее, — тычет мне в лицо этой гадостью.

Вырываю это фигню из его рук. Что он хочет мне доказать? Я трезва. И знака здесь никакого не было! Дышу и отдаю ему.

— Так и запишем в протокол: ноль восемнадцать промиль.

— Что?

Не может быть. Я не пила. Что за развод!

— Вы совсем охренели? Я не пила.

— Все так говорят. Итак, что мы имеем? Превышение скорости, да еще и в нетрезвом виде. Это лишение, моя дорогая.

Это развод. Только смысла от того, что я это знаю — нет. Они уже все оформили, свидетелей нет. Экспертизу, я уверена, мне сделать не дадут. Да и резонанс мне совершенно не нужен. Если он будет, я окончательно разругаюсь с отцом. Он же с ума сойдет, если что-то подобное всплывет. Он мне лично приговор о лишении вынесет. Даже разбираться не будет. Стискиваю зубы и со скрипом перешагиваю через свои принципы.

— Сколько?

— Что? — так мерзко и наигранно.

— Сколько? Вы! Хотите?

— Еще и дача взятки. Да у вас полный набор. Антон, так и пиши: предлагала взятку!

Гадство. Впервые решила откупиться, и… вообще, кажется, дело идет к чему-то очень плохому. Походу, они себе палки зарабатывают. Прекрасно!

— Мне нужно позвонить.

— Звони-звони. Только это мало что изменит. Это, — трясет передо мной правами и документами, — пока побудет у меня. А то еще скроешься.

— Больно надо.

Забираюсь в салон и понимаю, что из всей этой дряни меня вытащит только один человек. Тот, кому плевать на принципы, тот, кто, если ему выгодно, обойдет закон, а если необходимо, им же и прикроется. Нажимаю на недавние входящие, уверенно выбирая из всех контактов Мураса.

Игорь

— Заткнись, я тебе все сказал. Да, — рявкаю в телефон, — кто?

В трубку что-то мямлят, но из-за Алки не могу ничего сообразить.

— Это Женя, — молчание, — Евгения Лунгу.

— А, Лунга, че надо?