Книга Его нельзя любить. Сводные, страница 97 – Мария Высоцкая

— Тебя сколько можно ждать? — вклинивается Азарин. Смотрит при этом на Яна, который в свою очередь неотрывно пялится на меня.

— Да вы и без моего присутствия неплохо проводите вечер.

— Ага, пока тебя дождешься, подохнешь от тоски. Да, Ник? — Тим закидывает руку мне на плечо. Так легко, по-свойски, только вот Ян в этот момент почему-то выглядит взбешенным.

Но, вероятно, мне снова все это кажется.

Ян

По венам бежит сдобренная раздражением кровь. Агрессия в ее истинном проявлении. Хочется руки Азарину оторвать. Вот какого фига он ее лапает? Что за очередная «проверка на прочность»? Чего он, сука, ко мне привязался? Снова пытается вывести на эмоции, когда мы втроем. Я, Ника, он…

Неделю назад я спасовал. Нет, тупо струсил. Хотел же с ней поговорить, но, когда до этого дошло, не знал, что сказать, а главное — как?!

О чем? О том, что меня на ней повернуло? Это тупо — распинаться перед девчонкой, которая в тебе не заинтересована. Все, что я чувствую, это страх, что она транслирует, когда я рядом. Просто боится повторения той ночи. В шторм или в ее комнате, вообще не важно.

Ее от меня воротит. Я видел это в шоколадных глазах, мои прикосновения ей противны. Ее трясти начинает сразу.

Получается, Глупость меня переиграла. Неожиданно оказаться на месте своей же жертвы…

— Ты падаешь или нет? — Азарин щелкает пальцами и просит принести ему шот. Шесть шотов. И наконец отлипает от Малининой. Убирает от нее свои лапы и с довольной, ухмыляющейся рожей отодвигает для нее стул.

Ника кивает. Улыбается ему самой сладкой улыбкой. Садится.

Мне, блядь, она никогда так не улыбалась. Легко и просто. Сам понятия не имею, что все это значит, но чувствую — с Тимом ей комфортно.

Наш бурлящий эмоциями визуальный контакт не прекращается. Азарин вздергивает бровь, а я выдвигаю для себя стул. Снимаю кожаную куртку и сажусь рядом с Малининой. Она оказывается прямо между нами. Задеваю ее ладонь, лежащую на столе.

Мимолетное прикосновение тут же обжигает кожу. На инстинктах отдергиваю руку и совершенно случайно ловлю Никин взгляд. Там целый спектр из густых эмоций, покрытых ненавистью. Именно об этом я и говорил.

Зажимаю пальцами шот из Азаринской линейки и тут же опрокидываю стопку. Огненная жидкость въедается в кровь, примешивая к адреналину нежеланное расслабление. О нет. Каждый нерв в моем теле натягивается, как тетива лука. Все больше и больше…

Ника размыкает губы, чтобы что-то сказать, но ее перебивают. Кто, даже гадать не нужно.

— Выпьем? — Тим протягивает ей стопку. — Залпом.

Ника жмет плечами, убирая волосы за уши. Я уже заметил, что она сместилась в сторону Тима. Так, чтобы даже случайно со мной не соприкоснуться.

Смотрю на шот. То, что туда намешали, термоядерная смесь. Ее с этой стопки унесет в такие дали…

— Она не хочет.

Откидываюсь на спинку стула, выжидающе пялясь на Азарина. Задавая повторно свой немой вопрос: «Какого хрена?»

— С чего ты взял, что можешь за меня решать?

Малинина злобно прищуривается и тут же пригубляет эту муть с абсентом, водкой и энергетиком.

Дура.

Морщится, но вливает в себя все, до капли. Возвращает стопку на стол и обмахивается ладонью.

— Вкусненько, — выдает елейным голосом, смотрит при этом на меня. — Тим, — поворачивается к Азарину, — я буду еще.