Книга Она моя зависимость, страница 122 – Мария Высоцкая

Он уходит. Оставляя меня сидящей на стуле с головой, которая вот-вот лопнет.

Проблемы на работе…

Сползаю на пол, придерживаясь за крышку стола.

Может быть, действительно все так плохо? Могу ли я верить ему после всего? Если да, то кто та девка, которую он сажал в машину?

Мозг разгоняет мысль за какие-то доли секунды, но довести все до абсурда не успевает. Майя начинает рыдать. Ее громкий голосок прорывается через динамики радионяни, и я несусь наверх, чтобы покормить или перепеленать ребенка.

До обеда хожу в раздумьях.

Мне хочется ему поверить. Очень хочется. Но, как теперь это сделать, я просто не представляю. Думаю про эти «проблемы на работе», и все равно передергивает. Ощущение лжи никуда не исчезло.

К двум решаю успокоиться и позвонить Андрею, раньше мы по сто раз на дню созванивались, последний месяц подобное общение сократилось в разы.

— Привет, – стараюсь говорить бодро. – Не отвлекаю?

— Нет. Подожди минутку, я сейчас.

Он кому-то что-то отвечает. Смеется. Молчит.

Поглядываю в окно, а потом… потом вздрагиваю от женского голоса.

Такого писклявого, натягивающего нервы до предела голосочка.

«Андрей, ну ту идешь? Машина приехала. Я не собираюсь тут оставаться. Убогое место».

Вот то, что я слышу.

И самое поганое, что это не слуховая галлюцинация. Он, кажется, что-то отвечает, но я настолько подвисла, что вместо слов в моих ушах шум.

— Есь, я освобожусь к шести, – кажется, уже мне.

— А, да. Хорошо, – киваю в такт своим словам. – До вечера.

Сбрасываю вызов.

Долго смотрю в одну точку. Наблюдаю за секундной стрелкой и, когда она в очередной раз достигает цифры двенадцать, рывком поднимаюсь с дивана.

Быстрым шагом поднимаюсь по лестнице. В спальне достаю чемодан, складываю в него самые необходимые Майе вещи, лекарства. На себя надеваю спортивный костюм. Куртку бросаю в небольшую дорожную сумку.

Проверяю баланс на карте. На месяц точно хватит.

Вытаскиваю дочь из кроватки и вызываю такси.

Пока машина в пути, переодеваю ребенка в уличное и, засунув в одно ухо наушник, звоню Оле. Своей двоюродной сестре по линии мамы. Она живет в Питере. Мы с ней редко общались, но сейчас она единственный человек, который меня поймет. Потому что Олька пережила предательство похлеще.

Потому что Алинка в конечном итоге расскажет матери, а та непременно ткнет чем-то вроде: я же говорила. А мне…мне просто нужно подумать и успокоиться.

— Еся? – слегка заспанный голос становится неожиданностью. Я задумалась.

— Привет. Оль, ты сейчас в Питере?

— Да, но уже на чемоданах. Домой возвращаюсь. У отца сердце, да и вообще…

— Слушай, можно я к тебе приеду? Только так, чтобы никто не знал из наших.

— Что случилось?

— Муж, кажется, изменяет…

— Козел. Я утром буду дома. Так что жду.

— Адрес точный сбрось мне, хотя… я новую симку куплю, и договоримся.

— Хорошо. И ты… ты держись. Все хорошо будет, – звучит уже менее уверенно.

Сбрасываю звонок. На телефон приходит оповещение о прибывшем такси.

Аккуратно беру Майю, чемодан и спускаюсь в гостиную.

Телефон оставляю там же на столе, прежде чем покинуть этот дом.

* * *

В многомиллионный раз смотрю на темный экран наспех купленного телефона, чуть крепче сжимая его пальцами.

Майя спит. Соседкой по купе оказалась деликатная и очень молчаливая женщина. И, честно говоря, меня это радует. Что я бы сейчас точно не пережила, так это вопросов, куда я еду с таким крохотным ребенком и зачем.