Книга Она моя зависимость, страница 59 – Мария Высоцкая

Ремень накидываю уже по дороге.

У типографии Панкратов снова меня целует, зафиксировав лицо ладонью.

Прикрываю глаза, наслаждаясь каждой секундочкой, а когда отстраняюсь, ещё минут пять не могу решиться выйти из машины, то и дело попадая в его объятия.

По ступенькам взбегаю, оглядываясь на красный «Мустанг». Сказать, что на моем лице улыбка до ушей, это ничего не сказать. Сейчас мою улыбку явно можно увидеть с луны.

В кабинете первым делом включаю компьютер. Читаю упавший на почту список дел, тянусь в сумку за телефоном и не обнаруживаю его там.

Черт. Кажется, мой айфон так и остался валяться под сиденьем.

Ладно, разберусь с этим потом.

Пока я завариваю себе чай и усаживаюсь за работу, дверь в моем кабинете-каморке открывается.

Поворачиваю голову, мельком глядя на зашедшего, и снова прилипаю глазами к экрану. Все происходит быстро, поэтому, когда я осознаю, кто пришел, резко вскакиваю со стула.

— Ты что тут делаешь? – шагаю навстречу.

— Ты забыла, – Андрей вытаскивает из кармана мой телефон, демонстративно удерживая его в руке.

— Спасибо, – целую его в щеку.

— Мало.

— Чего? – мои брови съезжаются на переносице, а до сознания доносится щелчок затвора.

Панкратов закрыл дверь изнутри.

— Надеюсь, у тебя крепкий стол.

Андрей приподнимает меня над полом и одним махом сгребает гору бумаг на пол.

Андрей

— Через час приеду.

Отключаюсь и бросаю взгляд на Еську. Десять минут, как забрал ее с работы.

Она поправляет слегка влажные от дождя волосы, а когда понимает, что я смотрю, широко улыбается.

Такая она замечательная. С ума по ней схожу.

Никогда не думал, что такое вообще возможно, но в тот вечер, когда она решила поставить точку окончательно, меня нехило так перемкнуло. На миг показалось, пусть все закончится. Пусть она исчезнет. Пусть валит, если ей этого хочется.

Я злился на нее. На себя. На умершего брата.

На всех.

Злость затмила рассудок, и я словил безразличие. Раньше только так и жил. Без эмоций. Плевать на все.

Но сейчас меня не хватило даже на сутки. Гулянка со Ждановым только усугубила ситуацию, потому что той ночью я как одержимый хотел быть в другом месте. Не в клубе среди потаскух. Нет.

Я хотел быть с ней.

— Только ты к подъезду не подъезжай. Останови на углу, где салон.

— Дождь на улице. Промокнешь.

— В этом и суть, – она снова улыбается, – зонтика у меня нет. Если идти домой с остановки, сухой я точно не буду.

— Конспираторша.

— По-другому не могу, – она поджимает губы.

— Я понял. Иди сюда, – притормаживаю на обочине, за пару домов от нужного места.

— Андрей, у меня уже губы болят, – хихикает, но сама ко мне тянется. Скидывает туфли и забирается на сиденье с ногами. – Побрейся.

— Ага, вечером, – отвечаю между поцелуями.

Не хочу ее отпускать. Ни сегодня, ни когда либо еще.

Что ее мамаша вбила в свою башку? То же самое пытается навязать и Еське. Старая идиотка.

Если бы не ситуация с моим братом и этой взяткой, я бы не остался стоять в стороне. А так приходится сдерживаться. Не потому, что я понимаю ее мать, нет. Просто положение сейчас такое – поганое.

Если я влезу, ее мамаша может пойти на попятную. Откроет рот, отец применит силу, и лучше от этого никому не будет.

Нужно быть полнейшим дураком, чтобы проявлять импульсивность в таких вопросах.