Книга Семья. Измена. Развод, страница 95 – Мария Высоцкая

— Нет. Просто… Привыкла, если честно, что ты, если что, всегда рядом…

— Я тоже привык. Уже давно привык быть рядом с тобой и детьми.

— Значит, это просто привычка у нас?

— Нет. Я всегда чувствовал ответственность за тебя. С первого дня, а когда Марк появился, это чувство лишь усилилось. Теперь людей, которых нужно было оберегать, стало трое. Это не может быть привычкой. Нет.

— Ты правда так к этому относился? Ко мне? С Марком понятно, но я…

— Ты была наивной, бойкой, дерзкой и не следила за языком. Я был не рад, что ввязался в авантюру с твоим отцом, но с первого дня понял, что ты моя ответственность. Это чувство не было навязано. Я сам к этому пришел. Ты моя жена, какими бы ни были наши отношения, ты моя семья.

— Кто сказал, семья? — посмеиваюсь, припоминая разлетевшийся сто лет назад мем.

— Что-то типа того, — Миша улыбается. Ловит мой взгляд, а потом, потом целует.

— Но… — шепчу между поцелуями. — Выходит, сейчас ничего не изменилось? Это не любовь?

— Изменилось. Сейчас все изменилось, Дашка. Ты даже представить не можешь насколько.

— Расскажи.

— Я хочу тебя всю. Ты мне нужна.

— Когда ты это понял?

— Когда? В день, когда родился Марк, — отвечает не задумываясь. — Я это понял именно тогда, но был уверен, что ты меня ненавидишь.

— Я и ненавидела, — поджимаю губы, чувствуя себя предательницей.

— Видимо, тогда все должно было быть именно так.

— А сейчас?

— А сейчас будет так, как мы этого захотим. Ты и я.

— Но как… И что? Вы теперь снова вместе? А как же развод?! — Вика перекидывает волосы на одно плечо, возмущенно меня рассматривая.

— Мы просто общаемся, — пожимаю плечами, выхватывая глазами Марка. Он внимательно слушает тренера, которая поставила его на коньки. Это пятое занятие, и с каждым разом сын чувствует себя все уверенней.

Мы с сыном приехали в городской парк, где отстроили шикарный корт. Вику встретили случайно. Она шла в компании подружек, увидела меня и мгновенно со всеми распрощалась. Намертво прилипла к нам с сыном.

— Я не понимаю, как можно быть такой неблагодарной, — сестра фыркает, а мои брови сейчас в космос улетят.

— Какой, прости?

— Ты когда дядь Юру последний раз видела? Он весь исхудал. У него проблемы, а ты и твоя мать сбежали.

— Так поддержи, если такая чувствительная, — мило улыбаюсь и пожимаю плечами, снова рассматривая, как сын делает успехи.

Марк чувствует, что я смотрю. Поворачивается. Тут же одариваю его улыбкой и машу рукой. Сын копирует мои эмоции.

— Я и так стараюсь. Дядя Юра говорит, что только я у него и осталась. Он никогда не думал, что его дочь…

— Вик, — резко ее обрубаю, — ты от меня чего хочешь? Тебе папа денег, что ли, дал, чтоб ты меня вразумила?

Сестра моргает, на секунду отводит взгляд, прикусывает губу, а потом делает такое лицо, словно я оскорбила ее до глубины души. Хотя ее реакции сами за себя говорят — заплатил.

Боже, как я от этого устала. Последние месяцы отец в моей жизни присутствовал лишь где-то там. Я знала, что он есть, что он жив, и была спокойна.

Видимо, снова решил активизироваться.

— Что ты такое говоришь вообще? Я переживаю. Мы все семья.

— Как сестра тебе говорю, не лезь не в свое дело. И знаешь, я думаю, что какое-то время нам не стоит видеться. Совсем.

— Чего?

— Ты слышала. Я устала выслушивать все, что ты несешь. Истекай, пожалуйста, ядом где-нибудь в другом месте.