Книга Развод. Высекая из сердца, страница 92 – Анастасия Петрова, Селин Саади

Не то, чтобы я как-то прониклась к этой девушке. Нет, она мне не нравится точно. Просто так уже сложилось, укоренилось и иначе быть не может. Но и вести себя подло я не стану.

Это точно не наш с Маратом праздник. Не здесь. Не на пепелище разрушенных надежд одного морального урода.

— А во-вторых? — шепчу ему в губы, пропуская легкий поцелуй.

— Я задолжал своим девочкам отдых. Долго думал… Куда мы можем поехать, ну чтоб уж наверняка вину загладить. Да и тебе нужен отдых в лежку, — опускает ладонь на мой живот.

— Че это в лежку то? — хмурюсь, хотя все это играюче. Конечно, вторая беременность не проходит так гладко. Может дело в возрасте, хотя я еще молодая, а может дело в том, что выпало на мою голову много переживаний.

Но как с Аришей, бегать у меня не получается. И делать кучу дел тоже.

— Какие варианты то, Марат? — дергаю его за рукав пиджака.

— Мальдивы?

— Нет, — кривлю лицо, — Там от скуки помереть можно. А дочь нам мозг съест от безделья.

— Ок. Бали?

— Туда тоже не хочу…

— А ты капризная девчонка стала, — ловит мою руку, переплетая наши пальцы.

— Имею право…

— Имеешь, — подтверждает мои слова, — Может Филиппины? Там и полежать можно и поактивничать.

— Давай! — улыбаюсь широко, понимая, что он попал в точку, — Сыграем пляжную свадьбу?

В голову тут же приходит догадка. Мы как-то с Маратом обсуждали, что хотели бы годовщину свадьбы отпраздновать в Азии на пляже. А получается, что там мы начнем новый отсчет.

— А кто-то жениться сегодня будет? — наш разговор прерывает голос сзади.

Регистратор сначала смотрит на нас, потом переводит взгляд в сторону Карины и Дмитрия.

Мы отходим с Маратом в сторону, давая дорогу молодым.

— Идите, — кричу им, — Это ваш день.

— А вы? — она останавливается на полпути, ловит мой взгляд, ища одобрения именно у меня.

— Идите! — чуть громче повторяю, добавляя в голос стали.

Она улыбается, больше не задавая лишних вопросов. Они берутся за руки и бегут по дорожке к арке.

А мы с Маратом наоборот… Уходим из этого места.

На выходе встречаем Людмилу, вся ее храбрость растерялась, женщина стоит у сада и пьет напиток с пузырьками. Прямо залпом.

— Люд, — по-свойски обращаюсь к ней, разрешая себе перейти на ты, — Это было сильно. Знаю, что ломать будет. Но ты справишься.

Сжимаю ее локоть, пытаюсь дать хоть какую-то дозу поддержки.

— Знаешь, — она хлюпает носом, — Страшно не то, что я осталась одна. Страшно то, что я жила с такой мерзостью рядом, тратя лучшие годы своей жизни на эту гниль. Это страшно…

— Я не знаю, как ты держишься. Но сегодня ты стала примером для меня.

— Правда? — в ее глазах столько боли вперемешку с надеждой, — А я наоборот всегда завидовала твоему стальному характеру. Твоей выдержке. Я так не умею. Думала будет легче, а вот, — она поднимает бокал, — Уже третий за последние пять минут.

— Люд… — улыбаюсь ей: — Я дома в подушку рыдала белугой. И сдохнуть хотела. Все мы, — оборачиваюсь на Марата, что стоит поодаль и разговаривает по телефону: — Любим мы их больше жизни, козлов этих. Не знаю почему. Заложено у нас так генетически. Но разница есть, кому-то можно дать второй шанс, — улыбаюсь будущему бывшему мужу, — А кому-то не стоит, — намекаю на ее недо муженька.

— Спасибо, — промокает слезы салфеткой, — Я справлюсь. Ты справилась, и я справлюсь.