Книга Бывший муж. Я хочу нас вернуть, страница 55 – Анастасия Петрова

— Быстро ты, Сашуль, нагулялся, — я слышу в ее голосе нотки превосходства, словно она себя уже заведомо поставила на пьедестал. Раздражаюсь мгновенно, но держу в руках, — Приезжай домой, я жду.

— Я хочу поговорить, — начинаю максимально спокойно и вполне себе миролюбиво, — Я зайду, но не останусь.

— А что нам обсуждать? Я думала, что ты одумался, папашка.

Стискиваю челюсти так сильно, что кажется, зубы начинает крошиться от силы.

— А ты всегда была такой или только сейчас тебя кто-то укусил с бешенством?

Я не узнаю ее. И когда я так говорю, то это правда так и есть. Она была другой. Я помню, как мы познакомились.

Она как обычно гуляла внизу со своей собакой, а я сбежал с утра пораньше из дома после нашего с Юлей очередного скандала. Вымотанный, уставший, словно не спал всю ночь, злой до жути. Размашистым шагом шел к машине, не замечая ничего и никого вокруг.

Случайно задел псину, отчего мелкий пес заскулил. Я устало поднял голову к небу, молясь, чтобы я случайно не нанес серьезных увечий животному.

Как раз в этот момент подошла Алена. Она была перепуганной и плакала. Ее пес как-то неровно дышал, словно я и правда задел важные органы для жизнедеятельности.

Пришлось с ней ехать в ветеринарку, пока ехали… Разговорились.

Говорят, что если тебя сильно что-то тревожит, то нужно выговориться постороннему человеку, который вне ситуации и никак не оценит ее. Я выговорился.

Может на тот момент делать этого не стоило, но внутри была агония.

И мы стали общаться. Блядь. Просто общаться и делиться своими жизненными переживаниями.

Наша связь становилась более глубокой, но не в любовном плане. Алена оказалось хорошим другом и слушателем. Не более.

Я не рассматривал ее как женщину, я просил совета, как наладить отношения с женой.

Я прогадал. По полной. Пока я делился с ней семейной драмой, она точечно давала не те советы, которые бы сработали. Они только усугубили ситуацию.

Но сейчас уже поздно махать кулаками… Брак наш развален.

И виноват я.

— Это твое художество? — захожу домой, с порога бросая пакет с дрянью на пол.

Она складывает руки на груди и взмахивает ресницами вверх, словно я несу ересь.

— Я похожу на идиотку?

— Понятия не имею. Но кроме тебя… Кто еще мог это сделать?

— Может твоя придурошная дочурка? — она выплевывает эти слова с пренебрежением, харкая их чуть ли не в мое лицо.

Застываю, не веря в услышанное. Что-что, а вот отношения Карины и Алены мне казались очень искренними.

Или здесь тоже была филигранная игра, а я просто осел, который не заметил?

После вчерашнего разговора между нами неловкость. Она висела в салоне машины, пока мы ехали к Даше в центр. Она и сейчас, словно огромный валун, нависает над нами обоими. Но никто из нас не спешит изменить ситуацию, потому что по факту мы оба понимаем. Точнее, я точно, а Озеров видимо осознал до конца. Или, может быть, у него есть ещё пища для размышлений. Не знаю и лезть в это не собираюсь. Даже несмотря на обнаженные обиды пятилетней давности.

— Что с вами? — воодушевленная своими любимыми слойками, не прожевав, спрашивает дочка.

Ее глаза мечутся от меня к нему, от него ко мне. И я буквально вижу, как резко тускнеют её глаза, и как растворяется вся эйфория.

В глазах дочери мелькает страх, и кажется, она успела себе напридумывать те сценарии, которые едва ли возможны в нашей жизни.